Является ли институт предъявления обвинения пережитком прошлого

Цена:

Авторы работы:

КУЗОРА СЕРГЕЙ АНАТОЛЬЕВИЧ

ПАХАРЬКОВ КОНСТАНТИН АЛЕКСАНДРОВИЧ

Научный журнал:

Год выхода:

ИНСТИТУТ ОБВИНЕНИЯ НУЖДАЕТСЯ В РЕФОРМИРОВАНИИ

Сергей Анатольевич КУЗОРА, доцент кафедры уголовного процесса Владивостокского филиала Дальневосточного юридического института МВД России, кандидат юридических наук E-mail: kuzora@mail.ru

Целью реформирования отечественного уголовно -процессуального законодательства является приведение его к общепринятому в континентальной системе права виду и избавление от недостатков, присущих розыскному типу уголовного процесса. Весьма медленно, но реформа в российском уголовном процессе движется, однако институт предъявления обвинения остался практически неизменным со времен принятия УПК РСФСР 1961 г.

В отечественном уголовном процессе обвинение согласно п. 22 ст. 5 УПК РФ — это утверждение о совершенном определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое против указанного лица в порядке, предусмотренном УПК РФ. При этом уголовное преследование согласно п. 55 ст. 5 УПК РФ определяется как процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого и обвиняемого в совершении им преступления, т.е. опять же деяния, запрещенного уголовным законом.

Константин Александрович ПАХАРЬКОВ, преподаватель кафедры уголовного процесса Владивостокского филиала Дальневосточного юридического института

МВД России E-mail: kot469bb@mail.ru

Как известно, при производстве предварительного следствия правом уголовного преследования наделен следователь, осуществляющий производство по уголовному делу, который в порядке ч. 1 ст. 171 УПК РФ при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, выносит постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого.

В ходе дальнейшего производства по уголовному делу обвинение может быть дополнено следователем или из него могут быть исключены отдельные эпизоды, ведь именно следователь формулирует обвинение, а прокурор с ним только соглашается по окончании расследования, утверждая обвинительное заключение.

Впоследствии на основании ч. 2 ст. 252 УПК РФ ни суд, ни прокурор не могут выйти за рамки предъявленного обвинения, если это ухудшит положение обвиняемого. Эта норма ставит в крайне неудобное положение суд и государственного обвинителя, а также зачастую ведет к возврату уголовных дел для дополнительного расследования.

Научная специальность: 12.00.09 — уголовный процесс

Аннотация. Статья посвящена проблемам предъявления обвинения в досудебном производстве, а также в стадии судебного разбирательства по уголовному делу.

Ключевые слова: уголовный процесс, предварительное расследование, следователь, прокурор, обвиняемый.

Annotation. Article is devoted to the formulation of charges and pre-trial proceedings in the trial stage of the criminal proceedings.

Key words: criminal procedure, the preliminary investigation, the investigator, the prosecutor, the accused.

Рецензент — Н.Н. Загвоздкин, начальник кафедры уголовного процесса Владивостокского филиала Дальневосточного юридического института МВД России, кандидат юридических наук

ЗАКОН И ПРАВО 09-2014

Дискуссии по поводу момента и полномочий по предъявлению обвинения не утихают до сих пор, и для решения данной проблемы отдельные авторы предлагают даже передать полномо- 4Й чия по формулированию и предъявле- /г 1р нию обвинения в ходе (не по оконча- // нии) предварительного следствия про- М , Д курору1.

Однако в странах, послуживших моделью для отечественного уголовного процесса, проблема предъявления обвинения решается иначе. ^Ял

Например, во Франции фигура обвиняемого появляется с момента первого вызова подозреваемого к судебному следователю для предъявления обвинения, который с целью исключения необоснованного обвинения вправе привлечь лицо к рассмотрению только в том случае, если он считает, что невозможно привлечь лицо к участию в деле в качестве ассистированного свидетеля2.

В Германии обвиняемый в уголовном процессе появляется после того, как суд решит вопрос о достаточности подозрения и о предании его суду3.

Что касается стран с англо-саксонской системой права, то в США обвиняемый приобретает таковой статус лишь по окончании проведенного полицией расследования и передачи материалов прокурору с момента первой явки лица в суд, где уже судья принимает решение о достаточности или недостаточности материалов для предъявления лицу обвинения и рассмотрения дела в судебном заседании4.

Н.В. Азаренок высказывает неоднозначное мнение о том, что специфика уголовного преследования в розыскном судопроизводстве состоит в том, что с его началом лицо, против которого оно направлено, должно наделяться соответствующим процессуальным статусом (имеется ввиду именно статус обвиняемого) и что только в этом случае возможно обеспечение его прав, в том числе на защиту5.

На наш взгляд, это излишне, и в отечественном уголовном процессе данную проблему можно частично решить, переняв опыт некоторых бывших республик Союза ССР, существенно опередивших Россию в этом направлении.

На всем постсоветском пространстве самым новым УПК (принятым в 2012 г.) обладает Укра-

ина. По мнению отечественных ученых, и УПК Украины (далее — УПКУ) шагнул М гораздо дальше отечественного, в том числе и в вопросах предъявления обви-‘гк нения. Согласно ч. 1 ст. 42 УПКУ лицо 1 приобретает статус подозреваемого пу-

тем уведомления его об этом в порядке, предусмотренном ст. 276—279 УПКУ и остается в таковом статусе до передачи расследованного уголовного дела прокурором в суд. При этом про-^ курор утверждает обвинительный акт,

составленный следователем, либо составляет обвинительный акт самостоятельно, если не согласен с обвинительным актом, составленным следователем (ст. 291 УПКУ). Обвиняемым (подсудимым) согласно ч. 2 ст. 42 УПКУ является лицо, обвинительный акт в отношении которого передан в суд в порядке ст. 291 УПК Украины.

Фактически в украинском уголовном процессе реализован институт, аналогичный отечественному дознанию в общем порядке, однако наш прокурор не обладает полномочиями выносить обвинительный акт, он только вправе исключить из него отдельные пункты, изменив его в сторону смягчения. При этом следует отметить, что уголовный процесс Украины предусматривает производство предварительного расследования следователем, о дознавателе упоминания нет.

Однако в судебном разбирательстве украинские законодатели продвинулись еще дальше нас.

Положения ст. 252 УПК РФ, регламентирующей пределы судебного разбирательства, указывают, что судебное разбирательство проводится только в рамках предъявленного обвинения и ухудшение положения лица, в отношении которого проводится судебное разбирательство, не допускается. Данная норма не позволяет, на наш взгляд, реализовывать в полном объеме состязательность сторон, закрепленную в ст. 15 УПК РФ. Ведь только в суде стороны, представляя суду свои доказательства (которые сторона защиты, как правило, прячет до суда), могут установить истину и только после этого государственный обвинитель в лице прокурора может окончательно сформулировать обвинение исходя из результатов судебного следствия.

Отсутствие такой возможности существенно усложняет судебное разбирательство, значительно увеличивая срок разрешения уголовного

ЗАКОН И ПРАВО • 09-2014

дела и вынуждая отечественных законодателей развивать регламентацию института возврата уголовного дела для дополнительного расследо-вания6.

Наши соседи решили данную проблему достаточно просто.

Судебное разбирательство, так же, как и в отечественном уголовном процессе, согласно УПКУ проводится только в отношении лица, которому предъявлено обвинение, и в пределах предъявленного обвинения (ч. 1 ст. 337 УПКУ).

Однако в соответствии со ст. 338 УПКУ, если во время судебного разбирательства будут установлены новые фактические обстоятельства уголовного преступления, в совершении которого обвиняется лицо, прокурор может изменить правовую квалификацию и / или объем обвинения, выдвинуть дополнительное обвинение, составив новый обвинительный акт, сформулировав измененное обвинение, с обоснованием принятого решения.

Заинтересованные лица, такие, как обвиняемый, защитник, потерпевший, представитель и законный представитель, получают копии нового обвинительного акта, подлинник которого приобщается к материалам дела, а обвиняемый и его защитник получают дополнительное время на подготовку к защите от нового обвинения, что позволяет значительно повысить качество судебного разбирательства.

Все вышеизложенное свидетельствует о том, что законодатели Украины решились на кардинальное изменение своего уголовно-процессуального законодательства, в отличие от их российских коллег.

Однако справедливости ради стоит отметить, что и отечественные ученые неоднократно поднимали вопрос о введении аналогичных процедур предъявления обвинения прокурором, ссылаясь на зарубежный опыт.

В связи с изложенным можно сделать следующий вывод.

В странах с англосаксонской и континентальной системами права процедура обвинения в уголовном судопроизводстве имеет свое определенное место и осуществляется по окончании досудебного производства.

Будем надеяться, что отечественные законодатели возьмут на вооружение зарубежный опыт, в том числе и правоприменительную практику УПК Украины, отставшую от Российской Федерации в области государственного управления, но опередившую нас в сфере уголовного судопроизводства.

1 Шичанин И.И. Деятельность прокурора по составлению постановления о привлечении в качестве обвиняемого и предъявлению обвинения // Рос. следователь.

2 См. подроб.: Деришев Ю.В. Концепция уголовного досудебного производства в правовой доктрине современной России. Омск: Омская акад. МВД России, 2004. С. 226—228.

3 Филимонов Б.А. Уголовный процесс ФРГ. М., 1974. С. 50.

5 Азаренок Н.В. Уголовно-процессуальный порядок появления уголовно преследуемого лица не соответствует логике уголовного преследования // Рос. следователь.

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Гаврилов Б.Я., заведующий кафедрой управления органами расследования преступлений Академии управления МВД России заслуженный юрист РФ, д.ю.н., профессор

Институт привлечения в качестве обвиняемого за свое девяностолетнее существование в российском уголовно-процессуальном законодательстве выработал устойчивый стереотип его неотъемлемости. Ученые, как советского периода, так и настоящего времени единодушны в том, что предъявление обвинения занимает центральное место в стадии предварительного расследования.

Читайте также:  В чем можно обвинить декабристов

Поэтому озвученные нами несколько лет назад в ряде публикаций [1] предложения о реорганизации данного процессуального института, имеющие своей целью исключение его из структуры предварительного следствия (по аналогии с дознанием) и замену на порядок уведомления лица о подозрении в совершении преступления при возбуждении уголовного дела по факту совершенного деяния, были негативно восприняты отдельными учеными. Высказанное нами мнение представлялось им не соответствующим исторически сложившемуся (с момента принятия УПК РСФСР, 1922г.) порядку предварительного расследования в российском уголовно-процессуальном законодательстве, где институт предъявления обвинения являлся важнейшей гарантией обеспечения прав лица, привлекающегося к уголовной ответственности.

Эта позиция видится нам не столь однозначной по ряду причин:

во-вторых, что касается обеспечения лица, вовлеченного в сферу уголовного процесса, правом на защиту, то в настоящее время этот вопрос решается иначе, чем это было до 2001 года, когда потребность сохранения процедур предъявления обвинения обуславливалась тем, что данный процессуальный институт являлся одним из правовых оснований (моментов) допуска защитника к участию в уголовном деле.

Более того, защитник по УПК РСФСР 1960 г . к участию в уголовном деле допускался только по завершению расследования. И лишь Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 1 июля 1972 г . [5] ввел ряд исключений, предусматривающих допуск защитника к участию в деле по постановлению прокурора с момента предъявления обвинения по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, немых, глухих, слепых и ряда других лиц, в том числе обвиняемых в совершении преступлений, за которые могла быть назначена смертная казнь. Закон РФ от 23 мая 1992 г . [6] закрепил возможность допуска защитника к участию в уголовном деле вне зависимости от формы расследования (в том числе по делам органов дознания) с момента предъявления обвинения, а при задержании лица в качестве подозреваемого или заключения его под стражу до предъявления обвинения – с момента предъявления ему протокола задержания или постановления о применении данной нормы пресечения.

Однако только спустя десятилетие, а также, надо полагать, не без учета решения Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 г . №11-П по делу В.И. Маслова [7] , защитник получил право участвовать в деле с момента начала производства в отношении заподозренного лица конкретных следственных действий по его изобличению в совершении преступления [8] .

В действующем УПК РФ по-новому определены моменты допуска защитника к участию в производстве по уголовному делу. Подозреваемому в совершении преступления предоставлено право пользоваться услугами защитника с момента возбуждения уголовного дела [9] , задержания, вручения уведомления о подозрении в совершении преступления [10] , объявления о назначении судебно-психиатрической экспертизы, с момента начала осуществления иных мер процессуального принуждения или процессуальных действий, затрагивающих его права [11] .

Таким образом, из сопоставления норм УПК РФ и Конституции РФ усматривается, что основания допуска защитника к участию в деле для отстаивания интересов подозреваемого и обвиняемого на ранних этапах предварительного расследования по УПК РФ существенно шире, чем это закреплено в Конституции РФ. По этому вопросу В.В. Лазарев отмечает, что, «так как последняя устанавливает лишь минимальные стандарты гарантий прав обвиняемого и подозреваемого, это не лишает возможности законодателя в отраслевом законе расширить объем средств по обеспечению права на защиту указанных субъектов уголовно-процессуальных отношений [12] .

Противников идеи реформирования института предъявления обвинения отнюдь не смущает и его отсутствие, по сути, при производстве дознания, где лицо пребывает в статусе подозреваемого вплоть до окончания дознания и составления обвинительного акта, за исключением заключения подозреваемого под стражу и невозможности в течение 10 дней закончить дознание составлением обвинительного акта. При этом хотелось бы заметить, что за восемь лет действия УПК РФ дознавателями по упрощенной форме предварительного расследования (без института предъявления обвинения) направлено в суд более 3 млн. уголовных дел, состояние законности по которым за указанный период не вызвало нареканий ни со стороны Верховного Суда РФ, ни Конституционного Суда РФ в части ограничения конституционных прав граждан.

В случае же возбуждения подлежащего расследованию в форме дознания уголовного дела по факту совершенного преступления законодатель Федеральным законом от 06.06.2007 № 90-ФЗ [13] дополнил УПК РФ статьей 2231 УПК РФ, налагающей на дознавателя обязанность уведомлять лицо о наличии в отношении него подозрения в совершении преступления.

По-нашему мнению, которое поддерживается учеными-процессуалистами Омской Академии МВД России, Егоровым С.Е. и рядом других [14] , а также большинством практических работников предъявление обвинение в условиях перехода российского уголовно-процессуального законодательства на охранительный характер стало, по сути, правовым анахронизмом.

Другая правовая ситуация заключалась в том, что при выявлении в ходе судебного разбирательства обстоятельств, не соответствующих изложенным следователем в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого (например, по дате или месту совершения преступления, сумме причиненного вреда и др.), вполне обоснованно вставал вопрос о возвращении уголовного дела судом прокурору для перепредъявления обвинения, негативным последствием чего является значительное увеличение сроков предварительного следствия (порядка 1,5 месяцев) и судебного разбирательства (примерно на 2,5 месяца), а в худшем случае – о вынесении оправдательного приговора, что на практике неоднократно имело место. Тем самым правосудие приносилось в угоду формальным требованиям закона.

На наш взгляд, исключение института предъявления обвинения позволило бы следователю, дознавателю в указанных выше случаяз после возвращения судом уголовного дела прокурору пересоставить обвинительное заключение (обвинительный акт) и вновь после утверждения прокурором обвинительного заключения направить уголовное дело в суд.

Данный тезис основан на системном анализе действующего УПК РФ в совокупности с решениями по данному вопросу Конституционного Суда РФ, которые позволяют нам предположить, что судебное разбирательство должно производиться в пределах и объеме обвинения, изложенного в обвинительном заключении (акте). Конкретными аргументами этого являются:

во-первых, правовое содержание пункта 1 части 1 статьи 237 УПК РФ предполагает, что пределы судебного разбирательства по уголовному делу устанавливаются не объемом предъявленного обвинения, как это было по УПК РСФСР (ч. 1 ст. 254), а определяются обвинительным заключением (обвинительным актом), поскольку его составление с нарушением норм УПК РФ, а не содержание предъявленного обвинения, исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения;

во-вторых, констатация в Постановлении Конституционного Суда РФ от 16 мая 2007 г . №6-П, в той его части, где юридически презюмируется, что пределы судебного разбирательства должны определяться обвинением, сформулированным в обвинительном заключении (обвинительном акте) [17] .

Более того, как свидетельствует проведенный М.Ю Колбеевой [18] анализ 107 уголовных рассмотренных судами дел по 62,6% из них окончательное обвинение следователь предъявлял в момент окончания расследования и после допроса лица в качестве обвиняемого незамедлительно приступал к выполнению требований ст.ст. 215-217 УПК РФ, предъявляя материалы уголовного дела для ознакомления потерпевшему, обвиняемому и его защитнику. По абсолютному большинству уголовных дел на выполнение требований ст.ст. 215-217 УПК РФ затрачивается в среднем 2-3 часа, после чего следователь, составив обвинительное заключение, в этот же день направляет уголовное дело прокурору.

Аналогичная ситуация, по сути, сложилась и с окончанием расследования в форме дознания, когда по его завершении дознаватель составляет обвинительный акт, в котором сформулировано обвинение в совершении преступления, об обстоятельствах которого лицо было допрошено ранее в качестве подозреваемого, а процессуальные права которого практически идентичны правам обвиняемого.

Все изложенное позволяет утверждать, что институт привлечения лица в качестве обвиняемого не согласуется с современной системой досудебного производства. В этой связи нами предлагается внести соответствующие изменения в действующий УПК РФ, предусматривающие замену института предъявления обвинения на процессуальные нормы об уведомлении лица о существующем в отношении него подозрении в случае возбуждения уголовного дела не в отношении конкретного лица, а по факту совершения преступления.

Предложенное нами законодательное решение будет способствовать упрощению досудебного производства по уголовному делу и в целом уголовного судопроизводства и позволит государству значительно сократить бюджетные расходы на эту сферу деятельности. Одновременно это обеспечит разрешение правовыми средствами проблемы возвращения судом уголовного дела прокурору для перепредъявления обвинения на более тяжкое за счет, фактически, пересоставления обвинительного заключения, не выходя за пределы объема расследованного уголовного дела.

Считаем, что наши предложения будут способствовать развитию юридической мысли по совершенствованию российского уголовно-процессуального законодательства и, в первую очередь, его досудебной стадии. Предпосылки для этого сегодня уже созданы.

[1] См.: Гаврилов Б.Я. Правовое регулирование защиты конституционных прав и свобод личности в уголовном судопроизводстве. Монография – М., 2004. С.355; Он же. Совершенствование досудебного производства в свете реализации основных положений УПК РФ // Уголовный процесс. 2005. №1. С.20 и др.

[7] Постановление Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности положений части первой статьи 47 и части второй статьи 51 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина В.И. Маслова // Собрание законодательства РФ. 2000. №27. Ст.2822.

[9] О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 29 мая 2002г. N 58-ФЗ (ред. от 08.12.2003) /СЗ РФ. 03.06.2002. N 22. Ст. 2027.

[10] О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 06 июня 2007 г . N 90-ФЗ // СЗ РФ. 11.06.2007. N 24. Ст. 2833.

Читайте также:  Как доказать что обвинитель псих

[11] По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 47 и части второй статьи 51 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина В.И. Маслова: Постановление Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 г . N 11-П // СЗРФ. 03.07.2000. N 27. Ст. 2882.

[12] См.: Лазарев В.В. Научно-практический комментарий к Конституции РФ. Система Гарант 2003.

[15] Постановление Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционных положений статей 125, 219, 227, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан // Собрание законодательства РФ. 2003. №51. Ст.5026.

[16] См.: Петрухин И.Л. Доследование: расхождения закона и практики // Уголовный процесс. 2007. № 8. С.27-30; Оксюк Т.Л. Возвращение уголовного дела прокурору// Уголовный процесс. 2005. № 1. С.23-30, Ткачев А.И. Возвращение уголовного дела прокурору со стадии подготовки к судебному заседанию. Монография. – Томск; Издательство Томского университета. 2008. С. 41.

[17] Постановление Конституционного Суда РФ от 16 мая 2007 г . №6-П по делу о проверке конституционности положений статей 237, 413, 418 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Курганского областного суда // Собрание законодательства РФ. 2007. №22. Ст.2686.

[18] См.: Колбеева М.Ю. Понятие и значение привлечения в качестве обвиняемого в структуре расследования преступлений // Российский следователь, 2010. № 16. С. 19-21.

Гаврилов Б.Я., заведующий кафедрой управления органами расследования преступлений МВД России, доктор юридических наук, заслуженный юрист Российской Федерации, действительный член Петровской академии наук и искусств.

Колбеева М.Ю., адъюнкт кафедры управления органами расследования преступлений Академии управления МВД России, лейтенант милиции.

Статья посвящена институту предъявления обвинения и привлечения лица в качестве обвиняемого в уголовно-процессуальном законодательстве Российской Федерации. Авторами затронуты вопросы, связанные с изменением места и значения данного правового института на современном этапе, приведены аргументы, подтверждающие необходимость реформирования института предъявления обвинения, и даны конкретные предложения по его совершенствованию.

Реализуя на практике требования современного уголовно-процессуального законодательства, правоприменитель зачастую сталкивается с рядом сложностей, обусловленных как недостаточной правовой регламентацией некоторых процессуальных отношений, так и наличием норм УПК РФ, не соответствующих современным правовым реалиям. Одним из таких камней преткновения выступает сегодня процессуальный порядок привлечения лица в качестве обвиняемого (предъявление обвинения). Для сотрудников правоохранительных органов и ряда ученых-процессуалистов вполне очевидно снижающееся в настоящее время значение акта привлечения лица в качестве обвиняемого и, как следствие, необходимость переосмысления места и роли данного правового института, его реконструкции и, возможно, исключение из действующего УПК.

Несмотря на то что наши предложения по реформированию института предъявления обвинения нашли свое отражение в ряде научных публикаций уже более пяти лет назад , скептицизм к ним сохраняется. Отчасти это объясняется тем, что с момента принятия УПК РСФСР 1922 г. законодатель неизменно шел по пути постоянного усиления значения института предъявления обвинения.

См.: Гаврилов Б.Я. Правовое регулирование защиты конституционных прав и свобод личности в уголовном судопроизводстве: Монография. М.: Мир, 2004. С. 355 — 359; Он же. Совершенствование досудебного производства в свете реализации основных положений УПК РФ // Уголовный процесс. 2005. N 1. С. 20 и др. публикации.

В связи с этим вполне очевидны и ожидаемы вопросы со стороны процессуалистов относительно того, насколько адекватны наши предложения современным условиям, каковы правовые основания для кардинального реформирования рассматриваемого правового института и что в перспективе может выступить альтернативой предъявления обвинения.

Так, в соответствии с действующим УПК институт предъявления обвинения при производстве предварительного расследования в форме дознания, по сути, отсутствует. Лицо пребывает в статусе подозреваемого вплоть до окончания дознания составлением обвинительного акта, за исключением случаев заключения подозреваемого под стражу и невозможности в течение 10 суток закончить дознание составлением обвинительного акта, что влечет обязанность дознавателя предъявить обвинение или отменить указанную меру пресечения.

В 2008 г. дознавателями было направлено в суд более 400 тыс. уголовных дел, по которым обвинение не предъявлялось, а лицо приобретало статус обвиняемого с момента вынесения обвинительного акта. Количество оправданных по данным уголовным делам составило 359 подсудимых, или менее одного лица на тысячу направленных в суд уголовных дел, что свидетельствует о соблюдении в целом законности при проведении расследования в форме дознания, несмотря на его более упрощенную форму по сравнению со следствием.

Федеральный закон от 6 июня 2007 г. N 90-ФЗ УПК РФ дополнил ст. 223.1, с введением которой при возбуждении уголовного дела по факту совершения преступления на дознавателя возложена обязанность уведомления лица о наличии в отношении его подозрения в совершении преступления.

См.: Федеральный закон от 6 июня 2007 г. N 90-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2007. N 24. Ст. 2833.

Отчасти ответы на поставленные нами в отношении предъявления обвинения вопросы уже даны самим законодателем, но они, по нашему мнению, остаются незамеченными представителями российской процессуальной науки.

В обоснование собственной позиции относительно перспектив реформирования института предъявления обвинения позволим себе привести ряд аргументов.

Первый из них состоит в том, что в российском уголовном процессе длительное время отсутствовали процессуальные нормы о привлечении лица в качестве обвиняемого. В отличие от современного уголовно-процессуального законодательства норм, разграничивающих понятия подозреваемого и обвиняемого, в Уставе уголовного судопроизводства 1864 г. не было. В соответствии с его ст. ст. 258, 285, 304, 353, 377, 385, 386, 396 и др. обвиняемым считалось лицо, навлекшее на себя «достаточное подозрение в преступлении» или которое «застигнуто на месте преступного деяния» и в ряде других случаев. Что же касается норм, определяющих порядок привлечения лица в качестве обвиняемого, то Устав уголовного судопроизводства их не содержал. Однако в случаях, когда суды в интересах личности требовали перед вызовом лиц, «на которых падает подозрение», составлять судопроизводственный акт, судебный следователь выносил постановление о привлечении этого лица в качестве обвиняемого» . Однако нельзя отрицать, что «призыву к допросу в качестве обвиняемого», безусловно, предшествовал комплекс действий, проводимых в рамках следствия. Это позволяло собрать сведения, подтверждающие наличие подозрения, о чем и сообщалось лицу перед допросом его судебным следователем в качестве обвиняемого.

Макалинский П.В. Практическое руководство для судебных следователей. СПб., 1907. С. 386.

Впервые правило о привлечении лица в качестве обвиняемого было закреплено в нормативном акте под названием «Положение о революционных трибуналах» от 12 апреля 1919 г. . Постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого выносили Следственные комиссии при трибуналах (п. 9) . Следует понимать так, что данные нормы вводились в целях обеспечения законности при производстве расследования в отсутствие непосредственно процессуального закона. Но, зная сегодня, какова была роль Революционных трибуналов в то время, очевидно, что тогда постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого в действительности предваряло и предрешало выносимый Трибуналом приговор.

См.: Шадрин В.С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. 2-е изд. Волгоград: Волгоградский юридический институт МВД России, 1999. С. 97.
СУ РСФСР. 1919. N 13. Ст. 132.

Весьма существенным изменениям подверглись процедуры привлечения лица в качестве обвиняемого в уголовно-процессуальном законодательстве в связи с принятием первых УПК. Статья 131 УПК РСФСР 1922 г. установила, что «при наличии достаточных данных, дающих основание для предъявления обвинения в совершенном преступлении, следователь составляет мотивированное постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого». Оказавшись достаточно консервативными, эти положения были закреплены в дальнейшем в ст. 128 УПК РСФСР 1923 г., в ст. ст. 143 — 151 УПК РСФСР 1960 г.

Суть второго аргумента заключается в том, что необходимость института предъявления обвинения была обусловлена тем, что именно вынесение постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого являлось правовым основанием для допуска к участию в уголовном деле защитника. До момента вступления в действие с 1 января 1961 г. УПК РСФСР адвокат вообще не допускался к участию в деле в качестве защитника на стадии предварительного расследования, что противоречило положениям (в части обеспечения прав граждан — участников уголовного судопроизводства на оказание юридической помощи по уголовным делам) Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г., Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и Протоколов к ней и Международного пакта о гражданских и политических правах от 19 декабря 1966 г.

Основы уголовного судопроизводства 1958 г. и соответствующие статьи УПК РСФСР 1960 г. предоставили возможность участия в уголовном деле защитника лишь по окончании производства по нему предварительного следствия. С 1 июля 1972 г. в Уголовно-процессуальный кодекс были внесены изменения , предусматривающие некоторые исключения, обеспечивающие допуск защитника к участию в деле и на более ранней стадии. По постановлению прокурора с момента предъявления обвинения защитник мог быть допущен к участию в деле, но лишь по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, немых, глухих, слепых и ряда других лиц, в том числе обвиняемых в совершении преступлений, за которые могла быть назначена смертная казнь. По уголовным делам, расследованным в форме дознания, участие защитника в уголовном деле вообще не предусматривалось.

Читайте также:  Что делать если на работе обвиняют

См.: Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 26 июня 1972 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» // Ведомости РСФСР. 1972. N 26. Ст. 663.

И только Законом Российской Федерации от 23 мая 1992 г. защитник стал допускаться к участию в уголовном деле с момента предъявления обвинения, а при задержании лица в качестве подозреваемого и заключении его под стражу до предъявления обвинения — с момента вручения лицу копии постановления о его задержании или заключении под стражу.

См.: Закон Российской Федерации от 23 мая 1992 г. N 2825-1 «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» // Ведомости РФ. 1992. N 25. Ст. 1389.

Допуск защитника в 2001 г. к участию в деле с момента возбуждения в отношении лица уголовного дела или в случае, если его права и свободы затронуты действиями, связанными с уголовным преследованием , привел к утрате правовой актуальности положений УПК РСФСР о вступлении защитника в уголовное дело не ранее чем с момента предъявления обвинения. В настоящее время лицу, находящемуся в положении подозреваемого, в обязательном порядке разъясняется право на защиту любыми средствами и способами, не запрещенными УПК, в том числе ходатайствовать о вступлении в дело защитника в любой момент производства предварительного расследования.

См.: Федеральный закон от 20 марта 2001 г. N 26-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод» // СЗ РФ. 2001. N 13. Ст. 1140. Данный Закон был принят во исполнение Постановления Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности положений ч. 1 ст. 47 и ч. 2 ст. 51 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина В.И. Маслова // Собрание законодательства РФ. 2000. N 27. Ст. 2822.

Суть еще одного нашего аргумента в том, что анализ положений действующего УПК позволяет нам констатировать о нивелировании по сравнению с УПК РСФСР разницы в правовом статусе подозреваемого. Сравнение процессуальных прав данных участников уголовного процесса позволяет говорить лишь об уточнении прав лица в статусе обвиняемого по сравнению с подозреваемым и наделении его дополнительно полномочиями, присущими тем этапам расследования уголовного дела, в которых подозреваемый не участвует — окончание предварительного следствия с направлением дела в суд, а также в качестве обвиняемого (подсудимого) в соответствующих стадиях судебного производства. Так, в ст. 47 УПК достаточно детально отражены общие права лиц, подлежащих уголовному преследованию, а именно: пользоваться помощью защитника и иметь с ним свидания наедине и конфиденциально без ограничения их числа и продолжительности; знакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы, ставить вопросы эксперту и знакомиться с заключением эксперта; снимать копии с материалов уголовного дела; возражать против прекращения уголовного дела по определенным основаниям, а также ряд прав, реализуемых в судебных стадиях — ознакомление с протоколом судебного заседания, обжалование приговора и других судебных решений, участие в рассмотрении вопросов, связанных с исполнением приговора. Таким образом, переход подозреваемого в новый статус после предъявления ему обвинения по действующему УПК не столь радикален.

В числе основных наших аргументов — существование в сравнении с УПК РСФСР в настоящее время проблемы невозможности возвращения судом уголовного дела прокурору для перепредъявления обвинения на более тяжкое в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. В п. 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. N 18-П установлено, что при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, изложенным в п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, процессуальные нарушения, являющиеся препятствием для рассмотрения дела судом, не должны «касаться ни фактических обстоятельств, ни вопросов квалификации и доказанности вины, а их устранение не предполагает дополнения ранее предъявленного обвинения . Тем самым Конституционный Суд РФ установил, по сути, запрет на изменение обвинения на более тяжкое в случае возвращения уголовного дела прокурору. Изменения, внесенные в ст. 404 и ст. 405 УПК РФ Федеральным законом N 39-ФЗ , призванные регламентировать порядок пересмотра приговора в сторону ухудшения положения осужденного в случаях фундаментальных нарушений закона, повлиявших на законность вынесенного приговора, определения или постановления суда, не привнесли ясности в разрешение сложившейся ситуации.

См.: Постановление Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционных положений статей 125, 219, 227, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан // Собрание законодательства РФ. 2003. N 51. Ст. 5026.
См.: Федеральный закон от 14 марта 2009 г. N 39-ФЗ «О внесении изменений в статьи 404 и 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // Российская газета. 18 марта 2009 г. N 45.

Кроме того, составление обвинительного заключения (обвинительного акта) с нарушением УПК РФ исключает в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возможность постановления приговора или иного судебного решения, что свидетельствует об ограничении пределов судебного разбирательства рамками обвинительного заключения, а не объемом предъявленного обвинения, как это было по УПК РСФСР.

Немаловажным фактором, обосновывающим наши предложения по упразднению института предъявления обвинения, выступает то, что на процедуры предъявления обвинения органом расследования затрачивается значительное время и средства. В отличие от государств с устоявшейся системой правосудия Россия пока не привыкла считать затраты на составляющие своего правосудия. Вместе с тем вполне реально произвести хотя бы самые приблизительные расчеты расходования материальных средств на реализацию института предъявления обвинения. В 2008 г. органами предварительного следствия было направлено в суд с обвинительным заключением 600 тыс. уголовных дел. Для составления в среднем одного постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого следователю необходимо как минимум два часа рабочего времени. Не меньше времени занимает непосредственно и процедура предъявления обвинения. Итого минимум 2,5 млн. часов, или 300 тысяч рабочих дней следователя. Что ни много ни мало составляет занятость около 1500 следователей.

Кроме этого, фактически процедура предъявления обвинения по абсолютному большинству уголовных дел осуществляется не менее двух раз. Первоначально, как правило, следователи предъявляют так называемое дежурное обвинение, которое на момент окончания расследования по уголовному делу подлежит дополнению или изменению, т.е. обвинение, по сути, перепредъявляется, что приводит к необоснованным затратам на производство указанного следственного действия.

Следует также отметить, что приведенные выше затраты не учитывают так называемых иных материальных затрат на бумагу, использование технических средств. Так, постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого составляет не менее 4 — 5 страниц, как и протокол допроса в качестве обвиняемого, или в среднем 5 листов бумаги формата А-4 на данное следственное действие, итого 6 млн. листов, или 12 тыс. пачек бумаги, а это порядка 5 млн. руб.

Следует учитывать и то, что при производстве данного следственного действия значительные суммы расходуются на оплату услуг адвокатов. Часть из них оплачивается непосредственно обвиняемыми, а почти по 40% уголовных дел — государством в порядке ст. 51 УПК РФ (адвокаты по назначению).

В дополнение к сказанному следует отметить, что, несмотря на закрепленное за следователем право самостоятельно определять момент предъявления обвинения, исходя из обстоятельств дела и достаточности собранных доказательств, зачастую следователи допускают искусственное затягивание привлечения лица в качестве обвиняемого. Что в реальности оборачивается нахождением лица в статусе подозреваемого на протяжении всего расследования. Таким образом, стоит согласиться с позицией, высказываемой рядом авторов, предлагающих превратить подозреваемого в основного и постоянного участника предварительного расследования .

См.: Пономаренко С.И. Современные проблемы реализации процессуального статуса подозреваемого: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Волгоград, 2005. С. 17.

Таким образом, приведенные нами аргументы позволяют утверждать, что институт привлечения лица в качестве обвиняемого, являющийся, по сути, наследием советского периода в российском процессуальном законодательстве, не вполне согласуется с современной системой досудебного производства.

В связи с этим нам видится очевидной необходимость упразднения данного правового института. В случае возбуждения дела не в отношении конкретного лица, а по факту совершения преступления целесообразно при производстве предварительного следствия применение норм, аналогичных введенным Федеральным законом от 6 июня 2007 г. N 90-ФЗ об уведомлении лица о существующем в отношении его подозрении в совершении преступления при расследовании в форме дознания. Данное предложение будет способствовать не только унификации и упрощению досудебного производства по уголовному делу, но и позволит значительно сократить государственные расходы на эту сферу деятельности. Одновременно будут созданы юридические предпосылки для решения правовыми средствами вопроса возвращения уголовного дела прокурору для перепредъявления обвинения на более тяжкое пересоставления обвинительного заключения, не выходя за пределы объема расследованного уголовного дела.

Источники:
http://www.iuaj.net/node/438
http://wiselawyer.ru/poleznoe/37642-institut-predyavleniya-obvineniya-aktualnye-problemy-sovershenstvovaniya

Читайте также:
Adblock
detector