Ребенка обвиняют в травле одноклассника что делать

Возникают следующие вопросы:
1. Для чего данную ситуацию нужно было раздувать до двухдневного скандала?
2. Зачем понадобилось беседа с завучем?
3. Почему ребенку не дали позвонить?
4. Что это за завуч по воспитательной работе и соц. педагог, методы работы которых заключаются в давлении и доведении до слез?
5. То, что ребенок говорит «не хочу», а учительница тащит его за руку — это нормально?

Олия
Первый класс вторая четверть

Добавлено спустя 3 минуты 6 секунд:

ребенок должен видеть вашу защиту это точно. а какая это школа? да и имя педагога интересует, мне кажется было бы верно огласить имена таких !героев!

_________________
Куплю учебник Селивановой франц.яз. 6,7,8 кл >2011 г/в, можно ОЧЕНЬ СИЛЬНО б/у!

Куплю (Росмэн) Гарри Поттер Принц-полукровка или обменяю на Кубок Огня (Росмэн). Правильный перевод!

Мишкина мама
Детский сад

Добавлено спустя 15 минут 16 секунд:

Что касается темы «наябедничал».
Учительница на уроке заметила, что у детей идет то ли переписка, то ли что-то еще. И участником этого процесса был мой ребенок. Который уже до этого, НАУЧЕННЫЙ ГОРЬКИМ ОПЫТОМ, ЧТО ВСЁ ОПЯТЬ СВАЛЯТ НА НЕГО, решил, что лучше он сразу честно отдаст и не будет оправдываться, что он не виноват. Ведь не думал он, бедолага, что учительница ему не поверит сразу, а начнет допытываться «а кто же все-таки это написал, а чьей же ручкой это все написано». И что выводы будут не в его пользу.
Он вообще не имеет привычки ябедничать, таких упреков со стороны друзей, одноклассников, учителей никогда не было. Как раз наоборот, больше ябедничают на него.

Что такое буллинг, как его распознать и как взрослым правильно себя вести, если они обнаружили своего ребенка в подобной ситуации.

В России, по статистике, с травлей каждый день сталкивается 10% школьников. Около миллиона учеников каждый день идут в школу, где их будут обижать, и знают, что они не найдут поддержки ни у педагогов, ни у родителей. Что же мы можем сделать уже сейчас, чтобы хоть немного повлиять на эту печальную статистику, за которой скрываются не менее печальные истории? Что может сделать каждый из нас, чтобы предотвратить в школах ситуации травли? Пока ребенок учится в начальной школе, мы может не бояться травли. Конечно, пробы пера могут проходить и в 8, и в 9 лет, но, как правило, это единичные случаи.

Когда происходит буллинг

Первый всплеск детского насилия в школе относится к возрасту 10–11 лет. Это совпадает с переходом детей в среднюю школу, когда исчезает авторитетный взрослый, которым ранее для них был классный руководитель.

В это же время у детей продолжается период групповой лояльности, когда им важно быть частью коллектива. Детям хочется сплотиться вокруг какой-то идеи, общего дела, но особенных поводов для этого нет. В конце концов когда группа обнаруживает в своих рядах какого-то не такого ребенка (выделение происходит по совершенно любому признаку), она сплачивается против него. Это ощущение дает школьникам много радости и азарта, в такие моменты они чувствуют себя единым целым.

Дети в 11 лет пока что лишены моральных ориентиров. Конечно, они знают, что такое хорошо, а что плохо, но это еще не стало частью их личности, поэтому они могут объединиться вокруг дурной цели — гнать не похожего на себя. И чем больше они вкладываются в отторжение другого, тем крепче себя ощущают.

4 верных признака травли

1. Несимметричность конфликта. Группа всегда травит одного или нескольких слабых (неспособных дать отпор) детей.

2. Систематичность. Если группа детей повздорила с одним учеником и конфликт на этом исчерпан, это не травля. Если группа на протяжении дней и недель задирает, обижает одного и того же ребенка, то мы можем говорить о травле.

3. Наличие насилия. Если ребенка не принимают в игры, не зовут на дни рождения, но ему при этом не страшно, а просто грустно, то мы говорим о непопулярности этого ребенка в классе. Если ребенку страшно, некомфортно от того, как с ним обращается группа, если его психическому и физическому здоровью угрожает опасность, то речь о травле. Насилие может быть физическим (ребенка щипают, толкают) и психологическим (подчеркнутое игнорирование, боязнь прикоснуться, отказ разговаривать).

Читайте также:  Обвиняют в недостаче что делать

К сожалению, в 90% случае родитель узнает о травле от других родителей или от самого ребенка, когда ситуация доходит до критической точки. Поэтому взрослым надо внимательно наблюдать за детьми. Дети молчат до последнего.

Косвенные признаки травли

  • ребенок находится в подавленном настроении;
  • внезапно снизилась успеваемость;
  • отказывается идти в школу, ищет предлоги не посещать занятия;
  • ходит в школу странными путями, огибая опасные места;
  • теряет вещи и деньги, приходит домой с порванными, испорченными вещами;
  • с ребенком случаются резкие перепады настроения, он отказывается говорить про отношения с одноклассниками;
  • регулярно приносит из школы синяки.

Все эти признаки говорят о том, что у ребенка что-то не ладится, и, возможно, он стал жертвой травли.

Если факт травли установлен, родителю нужно:

Какие методы могут вывести ребенка из-под удара

Надо понимать, что эта методика не меняет групповую динамику. Вашего ребенка перестанут дразнить и найдут кого-то другого.

Для того чтобы изменить групповую динамику, требуется работа учителя, родительского сообщества и школьного психолога. Все вместе они должны придумать новые групповые нормы. Как это происходит?

Подытоживая, учитель заключает, что травля в школе невозможна и предлагает подписать классу что-то вроде меморандума, в котором прописаны новые правила общения.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Человеческие детеныши не рождаются со встроенным этическим кодексом: людьми их еще предстоит воспитать. И детский коллектив — это еще стая детенышей: если не вмешиваются взрослые, в ней царит биология. Дети будто животным нюхом чуют тех, кто не похож на них, и изгоняют их из стаи. Домашний ребенок, выходя из предсказуемого мира взрослых, где есть понятные и четкие правила, попадает в дикий мир непредсказуемых сверстников. И столкнуться в нем может с чем угодно: от безобидных дразнилок до систематических побоев и унижений, которые еще и десятилетия спустя будут аукаться кошмарными снами. Как помочь своему ребенку, если социализация оказывается для него травматическим опытом?

Это не детская проблема

Все они единогласно говорят: главную роль в решении проблемы школьной травли должны играть взрослые — учителя и школьная администрация.

Однако, как отмечает Арсений Павловский, «учителя часто, не разбираясь, в чем дело, наказывают того, кого травят. Ребенка дразнили всю перемену, раскидали его вещи, он бросается на обидчиков с кулаками — тут входит учитель, и обиженный оказывается крайним. Бывает, что в травле участвуют успешные дети, которые нравятся учителям, — и учитель не верит жалобам на детей, которые у него на хорошем счету. На самом деле учитель может разобраться в конфликте, выслушать обе стороны и поддержать ребенка, которого обижают. Позиция учителя критически важна. Он вообще должен занять четкую позицию даже не против обидчиков, а против самой практики травли — и сам не поддерживать ее: не подтрунивать над ребенком, не наказывать его зря. И помогать ему. Во-первых, оказать эмоциональную поддержку. Во-вторых, у такого ребенка часто под удар ставится самооценка и самоотношение — и учитель может ставить его в ситуацию успеха, например, выбирая задания, с которыми ребенок хорошо справится. Он может даже организовать группу поддержки среди детей и предложить детям сделать для одноклассника что-то хорошее.

Если травит учитель

У Вероники Евгеньевны (все истории в этом тексте взяты из жизни, но все имена изменены) в четвертом классе есть дети-помощники. Они имеют право ставить другим детям оценки и делать записи в дневник, проверять их портфели, делать замечания. Тимофей, мальчик импульсивный и шумный, имеющий привычку выкрикивать на уроках глупости, учителю мешает. Она осаживает его презрительными замечаниями, и этот тон усвоили девочки-помощницы Оля и Соня. Когда Тимофей отказался выполнить распоряжение Сони, она залезла в его рюкзак, взяла дневник и понесла учителю. Тимофей бросился его отбирать и побил Соню. Родители Сони зафиксировали побои в травмпункте и подали заявление в милицию. Вероника Евгеньевна провела на уроке воспитательную работу: предложила всему классу объявить Тимофею бойкот.

Закон об образовании ясно говорит, что в процессе обучения запрещается применение методов физического и психического насилия. По-хорошему, педагогические приемы Вероники Евгеньевны должны стать предметом серьезного разбирательства в школе, а если школьная администрация отказывается от внутреннего расследования — то районного управления образования. Если родители не хотят публичного разбирательства — остается только менять школу. Ребенок, попавший в такую ситуацию, без взрослой помощи из нее не выберется: он еще слишком мал для того, чтобы противостоять взрослому, который ведет против него войну на равных. Родителям еще только предстоит научить его быть взрослее и мудрее, чем этот взрослый.

Читайте также:  Вправе ли обвиняемый присутствовать при производстве экспертизы

В самом начале травли

А если жертва сама виновата?

Дети, которых травят, часто отличаются социальной и эмоциональной незрелостью, уязвимостью, непониманием неписаных правил, несоблюдением норм. Поэтому у взрослых часто возникает соблазн обвинить в травле самого ребенка.

Тем не менее возможно, дело не только в злобности окружающих.

Родители Сени, русскоязычные иностранные граждане, приехавшие в Россию работать, отдали сына в хорошую школу с доброжелательной атмосферой. Одноклассники начали его бить уже к концу первого месяца. Учителя стали выяснять, в чем дело — и выяснили: Сеня непрерывно ворчал и ругал все вокруг, начиная от школы и кончая мерзкой грязной страной, куда его насильно привезли и оставили жить среди этих ничтожеств.

А с Сашей, веселым и симпатичным подростком, никто не хотел сидеть рядом и работать над совместным проектом. Педагогам даже не сразу удалось выяснить, что дело всего-навсего в личной гигиене: сильно потеющий Саша не любил мыться и менять одежду, а деликатные одноклассники, не объясняя причины, просто уклонялись от общения.

«В таких случаях, несомненно, нужна работа со специалистами, — советует Наталья Науменко, — и, скорей всего, будет нужно на полгода-год изъять ребенка из школьной среды. От такой социализации все равно никакого толку не будет.

Это не значит, что надо поступаться принципами, если дело действительно в них: речь, скорее, о том, чтобы эти принципы и соображения удобства не делали из детей посмешище.

Что делать с чужим ребенком?

Типичная ситуация: второклассник Женя толкает девочку Машу в школьном вестибюле, пока они оба выбирают место, чтобы сесть и переобуться. Маша падает. Машина бабушка толкает Женю и называет его идиотом. Женя падает. Бабушка помогает Маше подняться и велит плачущему Жене держаться подальше от ее внучки. Эмоции мешают ей быть взрослой, не бороться с ребенком на равных.

Безобразничающих детей надо спокойно и твердо остановить. Если чужой ребенок грубит и хамит, не следует опускаться на его уровень. Нельзя ему угрожать и прибегать к ненормативной лексике. Лучше всего сдать его на руки родителям и беседовать с ними, в идеале — в присутствии и при посредничестве педагогов. Важно: чужих детей нельзя хватать руками, разве что их поведение угрожает чьей-то жизни или здоровью.

Внутреннее солнце

Родители, однако, с раннего детства — из лучших, конечно, побуждений — гасят это внутреннее солнышко, бесконечно попрекая ребенка его недостатками и скупясь на добрые слова. Ребенка стыдят, обвиняют и эмоционально шантажируют, не видя грани, которую нельзя переходить. За этой гранью ребенок понимает, что он ничтожен, он не имеет права жить. Ему бесконечно стыдно за себя, он виноват в том, что он такой. Его глубоко ранят самые безобидные дразнилки. У него уже запущен процесс виктимизации — превращения в жертву.

Спокойствие, только спокойствие!

Сережа хочет вывести Диму из себя. Его радует власть над Димой. Когда Дима бесится, краснеет и орет, Сережа радуется — как будто он взорвал хлопушку: ба-бах — и конфетти летят. Дима не может промолчать. Он стремится стереть Сережу с лица земли. Мама пытается убедить Диму, что не надо так бурно реагировать, что можно отшутиться, уйти, промолчать. Но Диме кажется, что промолчать — не круто: надо врезать как следует, чтобы не сочли слабаком.

С этим тоже можно справляться: скажем, вместе смотреть фильмы о героях и обращать внимание не на те эпизоды, где герой всех бьет, а на те, где от него требуется выдержка и хладнокровие. В этом смысле идеальны фильмы о шпионах и суперагентах. Впрочем, даже Карлсон с его тактиками низвождения, курощения и дуракаваляния — неплохое подспорье.

Наконец, с детьми, имеющими опыт травли, опыт незаслуженного страдания, обязательно надо разговаривать — на этом настаивают все специалисты. Может быть, психологическая или психиатрическая помощь понадобится далеко не всем, но всем нужно помочь пережить и переработать этот травматический опыт, чтобы он не искалечил, а сделал сильнее.

Читайте также:  Потерпевший может стать обвиняемым

Гармония и прощение

Надо учить прощать. Ведь обида и злость живут в оскорбленной душе годами, отравляя ее и не давая подняться. Но как простить — это уже совсем другая тема.

Кого травят


Жертвами постоянной или эпизодической травли становятся около 20-25 % школьников, причем мальчики чаще, чем девочки. Типичная жертва травли — ученик школы в социально неблагополучном районе, ребенок из несчастливой семьи, часто ссорящийся с родителями и подумывающий о побеге из дома. 80 % жертв систематической травли постоянно находятся в подавленном настроении

(По данным исследований, проведенных в Университете Саскачевана, Канада).

Кто травит

Обидчиками чаще других становятся дети, с которыми плохо обращаются дома, подвергают их насилию. Такие дети обычно стараются доминировать над другими. Они чаще своих сверстников, не участвующих в травле, имеют психические проблемы и проблемы поведения, склонны к оппозиционному и вызывающему поведению.

(По данным исследований, проведенных в психиатрической больнице Мехико, Мексика; на факультете психиатрии Рочестерского университета, США; в Институте клинической медицины в Тромсё, Норвегия).

Дети с медицинскими проблемами —
группа риска

Отклонения в здоровье делают детей легкой мишенью для сверстников. Чаще других травят детей, страдающих ожирением, но не только их: среди жертв травли — слабовидящие, слабослышащие, хромающие и т. д.

Повышенному риску травли подвергаются дети с синдромом дефицита внимания и гиперактивности, с тиками и синдромом Туретта (почти четверть из них травят). Здесь существует порочный круг: чем сильнее у ребенка проявляются тики и чаще истерики — тем сильнее травля; травля усугубляет тики и приводит к более частым истерикам. Еще хуже положение у детей с синдромом Аспергера (проблема аутичного спектра): травле подвергаются до 94 % таких детей. Причины травли примерно понятны: детям трудно даются человеческие контакты, они не понимают правил социального взаимодействия, ведут себя неуместно и кажутся сверстникам глупыми и странными, за что подвергаются остракизму.

(По данным исследований, проведенных на факультете педиатрии Университета штата Вашингтон, Сиэттл, США; в Квинследском университете, Австралия; в Университете штата Нью-Хэмпшир, Дарэм, США).

Травля вредит здоровью и успеваемости


22 % учеников средних классов жалуются на снижение успеваемости из-за травли.

Жертвы травли в 2-3 раза чаще страдают головной болью и болеют. У всех участников травли — и обидчиков, и жертв, но особенно у жертв — значительно выше уровень мыслей о самоубийстве и самоповреждении, чем у их благополучных сверстников. Мальчики, подвергающиеся травле, наносят себе физические повреждения в четыре раза чаще, чем те, кого не травят.

(По данным ABC News; Национального центра исследования самоубийств, Ирландия; Уорикского университета, Великобритания; Национального альянса психических болезней NAMI, США).

Долгосрочный эффект травли

Хотя мальчики оказываются в ситуации травли в два с лишним раза чаще, чем девочки, долгосрочный эффект оказывается более тяжелым у девочек. У них чаще, чем у мальчиков, развивается посттравматическое стрессовое расстройство — реакция организма на психическую травму. Таким расстройством страдают жертвы терактов, ветераны, пришедшие с войны, люди, пережившие войны, геноцид, природные катастрофы. Клиническая симптоматика этого расстройства наблюдается примерно у 28 % мальчиков и 41 % девочек, которых травили в школе.

Девочки, побывавшие в роли жертв, во взрослом возрасте чаще лежат в психиатрических клиниках и принимают нейролептики, транквилизаторы и антидепрессанты, причем это никак не зависит от того, были они психически здоровы на момент начала травли или нет.

Травля в школе, как и домашнее насилие, увеличивает риск возникновения у жертвы пограничного расстройства личности.

Жертвы школьной травли независимо от их пола вдвое чаще сверстников подвергаются побоям во взрослом возрасте.

(По данным исследований, проведенных в Университете Або, Финляндия; Университете Ставангера, Норвегия; Институте клинической медицины в Тромсё, Норвегия; совместного исследования Уорикского университета, Великобритания, мюнхенского Университета Людвига Максимилиана, Германия и Гарвардского университета, США).

Фото шахмат Татьяны Дружининой

Источники:
http://econet.ru/articles/chto-delat-esli-rebenka-travyat-odnoklassniki

Читайте также:
Adblock
detector