Сможет ли прокуратура выявить фальсификацию в уд

В основе любого судебного решения лежат доказательства, которые должны всегда соответствовать требованиям процессуального законодательства. Между тем на практике нередко встречаются случаи их фальсификации. Анализ действующего законодательства показывает, что норма ст. 303 УК РФ, устанавливающая ответственность за совершение данного преступления, имеет существенные пробелы в регламентации механизма правового регулирования, что не позволяет соответствующим государственным органам эффективно противостоять его совершению.

Статья 303 УК РФ является новеллой Уголовного кодекса РФ 1996 г. Данное обстоятельство указывает на то, что законодателем долгое время проблема фальсификации доказательств должным образом не рассматривалась, хотя на практике она существовала с момента появления соответствующих органов, обладающих правом сбора и закрепления сведений, используемых впоследствии при отправле-нии правосудия.

Что представляет собой фальсификация доказательств? Необходимо отметить, что законодательного определения данного понятия нет. В Уголовном кодексе РФ отсутствует даже указание на способы фальсификации доказательств, что существенно осложняет деятельность практических работников.

Необходимо сразу отметить, что норма ст. 303 УК РФ о фальсификации доказательств распространяется лишь на гражданское и уголовное судопроизводство. Административное судопроизводство не подпадает под действие ст. 303 УК РФ, что является существенным пробелом в правовом регулировании (тем более в свете возможного создания административных судов).

Отношения, регламентируемые 303 УК РФ, по своему содержанию могут быть разделены на две составляющие: фальсификация доказательств в гражданском и уголовном судопроизводстве.

Часть 1 ст. 303 УК РФ посвящена фальсификации доказательств в гражданском процессе по делам, рассматриваемым как по правилам ГПК РФ, так и в порядке, предусмотренном АПК РФ.

По смыслу ст. 303 УК РФ сфальсифицировать доказательства в рамках гражданского судопроизводства может лицо, участвующее в деле, или его представитель.

В соответствии со ст. 34 ГПК РФ лицами, участвующим в деле, признаются стороны, третьи лица, прокурор, лица, обращающиеся в суд за защитой прав, свобод и законных интересов других субъектов или вступающие в процесс в целях дачи заключения, заявители и другие заинтересованные лица по делам особого производства и по делам, возникающим из публичных правоотношений.

Арбитражный процессуальный кодекс РФ к лицам, участвующим в деле, относит стороны, заявителей и заинтересованных лиц, третьих лиц, прокурора, государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы, обратившиеся в арбитражный суд за защитой своих прав и законных интересов .

Интересным в данном контексте является то обстоятельство, что в перечне субъектов фальсификации доказательств в гражданском судопроизводстве (как, впрочем, и в уголовном) отсутствует судья. В юридической литературе давно пред-лагается включить в круг лиц, привлекаемых к ответственности по ст. 303 УК РФ, представителей судейского корпуса , поскольку последние имеют возможность сфабриковать доказательства. Тем более что практике известны случаи фальсификации доказательств судьями, привлечь которых к ответственности по ст. 303 УК РФ в настоящее время невозможно. При наличии соответствующих признаков действия судьи квалифицируются по ст. 292 УК РФ, не учитывающей юридической природы преступления, предусмотренного ст. 303 Кодекса, и имеющей меньший карательный потенциал (максимальное наказание, предусмотренное ст. 303 УК РФ, — это лишение свободы до 7 лет с лишением права занимать определенные должности или за-ниматься определенной деятельностью до трех лет) .

Какие доказательства можно сфальсифицировать в рамках гражданского судопроизводства по смыслу ст. 303 УК РФ?

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Похожее определение доказательств содержится и в АПК РФ. Согласно ст. 64 данного Кодекса доказательствами по делу являются полученные в предусмотрен-ном настоящим АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Как следует из ст. 303 УК РФ в совокупности с другими нормами уголовного закона, не все доказательства, о которых идет речь в соответствующих процессуальных законах (ГПК РФ, АПК РФ и УПК РФ), могут быть сфальсифицированы. В данном случае следует говорить лишь о неодушевленных предметах (различных письменных документах, протоколах следственных действий, материальных носите-лях информации и т. д.).

Детальный анализ указанных выше статей ГПК РФ и АПК РФ, а также Уголовного кодекса РФ дает основание исключить из круга обстоятельств, которые можно сфальсифицировать, следующие:

2) заключения экспертов (специалистов), так как ответственность за дачу заведомо ложного заключения предусмотрена ст. 307, а не ст. 303 УК РФ;

3) показания свидетелей, поскольку дача заведомо ложных показаний наказуема в соответствии со ст. 306 УК РФ.

Таким образом, объектом фальсификации в гражданском судопроизводстве могут являться аудио- и видеозаписи, а также письменные документы и вещественные доказательства.

Сложным и мало исследованным остается вопрос о том, как квалифицировать действия лица, подделавшего документ, который в измененном виде не содержит ложной информации.

В данном случае подделка любого документа, представление его в суд с последующим приобщением к материалам дела будут расцениваться как фальсификация доказательств независимо от ложности или достоверности содержащихся в них сведений. Для квалификации действий по ч. 1 ст. 303 УК РФ не имеют значения мотивы и цели фальсификации, главное, чтобы лицо осознавало факт подделки до-казательства и желало воспользоваться последним. Сама фальсификация в данном контексте — это любая подделка, искажение документа, которые изменяют его первоначальное состояние (создание копии без оригинала, подделка подписей, всевоз-можные исправления и т. д.).

***В судебном заседании по гражданскому делу по иску к Г. об истребовании имущества из чужого незаконного владения Р., являясь лицом, участвующим в деле, имея умысел на приобщение к материалам дела сфальсифицированных доказательств с целью подтверждения своих материальных затрат, представила суду че-рез своего представителя Н. два товарных чека, которые она подделала, заполнив пустые бланки и подписав их от имени индивидуального предпринимателя М.

В ходе предварительного следствия, а также судебного разбирательства Р. не отрицала, что товарные чеки были составлены ею. При этом обвиняемая утвержда-ла, что представленные в суд чеки не содержали ложных сведений, свидетельствовали о факте покупки товаров, которые Р. в действительности приобретала в мага-зине предпринимателя М. Подделку чеков подсудимая объяснила утерей оригиналов. Кроме того, Р. ссылалась на то, что товарные чеки не были положены судом в основу решения по гражданскому делу, в связи с чем, в ее действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 303 УК РФ.

Приговором Семикаракорского районного суда Ростовской области Р. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 303 УК РФ. Суд пришел к правильному выводу относительно квалификации действий Р. То обстоятельство, что товарные чеки содержали достоверные сведения, а также не были положены в основу решения по гражданскому делу, не влияет на юридическую оценку совершенного деяния. Состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 303 УК РФ, является формальным, а следовательно, наступления каких-либо вредных последствий не требуется.

Несколько иначе разрешается данный вопрос в уголовном судопроизводстве.

Как известно, в уголовном процессе права и свободы человека могут быть существенно ограничены. Соответственно, последствия фальсификации доказательств при рассмотрении уголовного дела являются, как правило, наиболее тяжкими.

Фальсификации доказательств по уголовному делу посвящена ч. 2 ст. 303 УК РФ. Как и в ч. 1 ст. 303 Кодекса, в данной норме законодатель определил субъектный состав фальсификации. Сфальсифицировать доказательства по уголовному делу могут: дознаватель, следователь, прокурор и защитник. Следует обратить внимание на отсутствие среди субъектов фальсификации судьи. Более того, ясно, что и в остальной части круг лиц, обладающих возможностью фальсификации доказательств, определен законодателем не совсем удачно, возможно из-за излишне лаконичной формулировки.

Читайте также:  Кто прокурор демского района

Кстати, тут же возникает обоснованный вопрос: почему защитник помещен законодателем рядом с лицами, осуществляющими производство по уголовному делу? Круг полномочий защитника по сбору и фиксации доказательств крайне узок, что вызывает сомнения в правильности такого подхода. С точки зрения про-цессуального права защитник уполномочен собирать лишь иные документы, предусмотренные п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ, т. е. справки, характеристики. Остальные (две) формы получения защитником доказательств, точнее, доказательственной информации, реально претворяются в жизнь лишь при выполнении следственных действий лицом, осуществляющим производство по уголовному делу (например, опрос лиц защитником не имеет никакого доказательственного значения, в то время как их допрос следователем придает таким сведениям надлежащую процессуальную форму).

Указанные обстоятельства не исключают возможности фальсификации доказательств защитником. Вместе с тем полномочия последнего в сфере сбора доказательств по сравнению с компетенцией лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, ничтожны. Данное обстоятельство делает фальсификацию доказа-тельств со стороны последних гораздо более общественно-опасной, что, безусловно, должно учитываться законодателем, а также судом при назначении наказания. Иными словами, ответственность за фальсификацию доказательств подлежит дифференциации в зависимости не только от вида судопроизводства, но и от объема полномочий соответствующего субъекта по участию в процессуальном доказывании.

Еще одна проблема заключается в том, что законодатель в ч. 2 ст. 303 УК РФ указал на фальсификацию доказательств по уголовному делу. Иными словами, возможность фальсифицировать доказательства возникает только с момента возбуждения уголовного дела. Однако первоначальная стадия уголовного судопроизводст-ва — возбуждение уголовного дела — включает этап проверки сообщений о престу-плениях, в ходе которой может быть сфабриковано наиболее значимое доказательство — протокол осмотра места происшествия, несущий иногда в себе 50 и более процентов доказательственной информации. Что же делать в таком случае?

Безусловно, действия лица необходимо квалифицировать как фальсификацию доказательств по уголовному делу, несмотря на то, что осмотр места происше-ствия может проводиться и до возбуждения уголовного дела, послужив основанием для его возбуждения. Выход из ситуации видится в изложении формулировки ч. 2 ст. 303 УК РФ в следующей редакции: фальсификация доказательств в уголовном судопроизводстве, которое согласно ст. 5 УПК РФ включает в себя досудебное (стадия возбуждения уголовного дела и предварительного следствия) и судебное рассмот-рение дела (судебные стадии). Такой подход позволит учесть особенности фальси-фикации доказательств.

Интересным является то, что протокол принятия устного заявления о преступ-лении в соответствии со ст. 74 УПК РФ является доказательством по уголовному делу и относиться по смыслу ч. 2 ст. 74 УПК РФ к иным документам. То есть, факти-чески в указанном случае К. внес в официальный документ (протокол принятия уст-ного заявления о преступлении ) заведомо ложные сведения, чем совершил служебный подлог, и одновременно совершил фальсификацию доказательства по уго-ловному делу. В результате преступных действий К. в отношении С. осуществлялось незаконное уголовное преследование. По степени общественной опасности такие действия должны быть квалифицированны по ч. 2 ст. 303 УК РФ, однако оперуполномоченный не является субъектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, и свои преступные действия он осуществил в рамках проверки сообщения о преступлении.

Очевидно, что фальсификация в рамках первичной проверки или при произ-водстве по уголовному делу может иметь одинаковые по степени тяжести последствия (например, избежание преступником наказания), однако в первом случае деяние будет квалифицировано как злоупотребление должностными полномочиями (квали-фикация по ст. 292 УК РФ даже не рассматривается), во втором случае квалифици-рованно как фальсификация доказательств по уголовному делу с возможностью максимального наказания в виде лишения свободы на срок до 7 лет.

В двух совершенно одинаковых случаях с точки зрения своей юридической природы совершенно разные варианты разрешения сложившейся ситуации. Такое положение вещей в очередной раз указывает на то, что в настоящее время существует необходимость в новом взгляде на фальсификацию доказательств.

Сложным на практике представляется вопрос о квалификации действий должностного лица по ч. 2 ст. 303 УК РФ, если подделанное им доказательство фактически не содержит ложных сведений. Рассмотрим основные возможные ситуации.

Первая ситуация. Следователь фальсифицирует протокол допроса свидетеля, искажая его истинное содержание — дополняет его сведениями, уличающими обвиняемого в совершении преступления. Безусловно, такие действия должны расцениваться как фальсификация доказательств.

Третья ситуация. Следователем производится следственное действие — осмотр предметов (к примеру, орудия преступления). Согласно УПК РФ при этом обя-зательно участие двух понятых. Однако следователем приглашен лишь один поня-той. Осмотр выполнен надлежащим образом, без искажения объективных данных, по его окончании составляется протокол, который подписывается приглашенным понятым. Затем следователь самостоятельно расписывается за второго понятого. Налицо нарушение процессуальной формы закрепления доказательственной информации. При обнаружении указанного факта составленный протокол должен быть признан недопустимым доказательством. Наличествуют ли в указанном случае при-знаки состава фальсификации доказательств?

Учитывая общественную опасность таких действий, сферу, в которой они со-вершаются, а также возможные последствия (к примеру, оправдание лица, совершившего преступление), в описанной выше ситуации их также надлежит квалифицировать как фальсификацию доказательств, а не как служебный подлог.

Судебная практика не дает однозначного ответа на вопрос о том, какую юридическую оценку дать действиям соответствующего должностного лица. Например, при рассмотрении конкретного уголовного дела Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ разъяснила, что под фальсификацией доказательств, по смыслу ст. 303 УК РФ, следует понимать любое искажение сути, объема, внешне-го вида, веса и других характеристик доказательств (или хотя бы одного доказа-тельства), влияющее на полное и объективное рассмотрение дела .

Таким образом, как подтверждает судебная практика, под фальсификацией доказательств следует понимать любое искажение сути, объема, содержания, веса и других характеристик доказательств, независимо от того, повлияло ли это на полное и объективное рассмотрение дела или нет. Только такой подход к трактовке фальсификации доказательств позволит достичь высшей ценности судопроизводства — четкого, бескомпромиссного соблюдения процессуальной формы при осуществлении доказывания.

Часть 3 ст. 303 УК РФ является своего рода продолжением ч. 2 данной нормы. Вместе с тем указанной позиции придерживаются не все авторы.

Формулировка ч. 3 ст. 303 УК РФ порождает вопрос о том, какое значение имеет признак наступления тяжких последствий. Является ли он квалифицирующим по отношению к деяниям, предусмотренным ч. 1 и 2 ст. 303 УК РФ, либо только по отношению к деянию, предусмотренному ч. 2 данной нормы?

По мнению автора, данный вывод является неверным. При анализе формули-ровки диспозиции ч. 3 ст. 303 УК РФ, содержащей указание на фальсификацию доказательств по уголовному делу о тяжком или особо тяжком преступлении, и санкции ч. 3 ст. 303 УК РФ, которая является кумулятивной и предусматривает в качестве дополнительного наказания лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, можно придти к выводу о том, что субъектом данного преступления может быть только лицо, чья должность или профес-сиональная либо иная деятельность связана с участием в процессе доказывания, а это либо лицо, осуществляющее производство по уголовному делу, либо защитник.

Прокурор надзорного отдела
управления по обеспечению участия
прокуроров в рассмотрении
уголовных дел судами

Куда обращаться если прокуратура покрывает данное преступление Следственный комитет не хочет этим заниматься и все присылают один другому

Ответы юристов ( 3 )

Доброго времени суток!

Любые действия (бездействия) органов прокуратуры и органов следственного комитета могут быть обжалованы в вышестоящие инстанции.

Имею огромный стаж работы в данном направлении, готов Вам помочь индивидуально.

Если возникли дополнительные вопросы, прошу обратиться ко мне в чат.

Вы вправе подать заявление на следователя расследовавшего данное уголовное дело в Следственный комитет для привлечение последнего к уголовной ответственности по ст.303 УК РФ — за фальсификацию доказательств и результатов и результатов оперативно-розыскной деятельности.

В прокуратуру жаловались? Проверку проводили?

Согласно ст.75 УПК РФ, доказательства полученные с нарушением уголовно-процессуального закона являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения!

Читайте также:  Может ли прокурор отменить постановление пристава-исполнителя

В соответствии с п.3 ст.88 УПК РФ, прокурор, следователь, дознаватель вправе признать доказательство недопустимым по ходатайству подозреваемого, обвиняемого или по собственной инициативе. Доказательство, признанное недопустимым, не подлежит включению в обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление.

Таким образом, при ознакомлении с материалами уголовного дела, ходатайствуйте о признании конкретных доказательств — недействительными, если следователь не признает — ходатайствовать необходимо в суде!

Европейский суд по правам человека имеет право:

рассматривать индивидуальные и межгосударственные жалобы, поданные в Европейский суд по правам человека против одного или нескольких государств-членов Совета Европы или против Европейского союза;
признавать факт того, что было нарушено, то или иное право заявителя;
присудить выигравшему заявителю справедливую компенсацию;
толковать Конвенцию о защите прав человек и основных свобод;
устанавливать факт того, что какое-либо нарушение в определенном государстве носит массовый характер из-за системной проблемы, в связи, с чем предписывать этому государству предпринять меры по исправлению этого недостатка;
рассматривать запрос комитета министров Совета Европы по вопросу о том, не нарушило ли государство-ответчик свое обязательство по исполнению постановлений (решений) Европейского суда по правам человека;
давать толкование ранее вынесенному постановлению по запросу Комитета Министров Совета Европы;
выносить Консультативные заключения о толковании Конвенции о защите прав человека и основных свобод, по вопросам, не связанным с рассмотрением

Аурела Борисовна Ивлева ,
к. ю. н., консультант отдела анализа и обобщения судебной практики, законодательства и статистики Арбитражного суда Ставропольского края

  • Можно ли оспорить судебный акт, если суд не предупредил обе стороны об уголовной ответственности за ложный донос и фальсификацию
  • Обязан ли суд назначать экспертизу для проверки спорного доказательства
  • В чем отличие процедуры рассмотрения заявления о фальсификации в арбитражном и гражданском судопроизводстве

Заявление о фальсификации доказательства в суде может привести к исключению его из числа доказательств по делу. Когда в ходе рассмотрения дела сторона заявляет о фальсификации доказательств, судья должен совершить определенные процессуальные действия, несоблюдение которых может привести к отмене судебного акта. Итак, поступило заявление о фальсификации доказательств. Что должен сделать судья?

Судья должен, во-первых, разъяснить уголовно-правовые последствия такого заявления; во-вторых, исключить оспариваемое доказательство из дела с согласия лица, его представившего; и, в-третьих, проверить обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу (ст. 161 АПК РФ).

СУД ДОЛЖЕН ПРЕДУПРЕДИТЬ ОБ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ОБЕ СТОРОНЫ СПОРА

Закон не содержит указания кому и какие именно последствия должен разъяснить суд, когда одна из сторон заявляет о фальсификации доказательства. Поэтому в судебной практике возникает вопрос о том, следует ли ограничиться только разъяснением стороне, сделавшей заявление, об уголовной ответственности за заведомо ложный донос (ст. 306 УК РФ) или суд должен еще предупредить сторону, представившую оспоренное доказательство, об уголовной ответственности за фальсификацию доказательства (ст. 303 УК РФ).

Так, в одном из дел суд предупредил только ответчика об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 306 УК РФ (постановление ФАС Уральского округа от 27.09.2010 № Ф09-7789/ 10-С6). В другом деле суд разъяснил последствия заявления о фальсификации (постановление ФАСВолго-Вятского округа от 12.03.2013 по делу № А39-320/2012), а в третьем деле суд разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации и взял расписку (постановление ФАС Московского округа от 19.04.2013 по делу № А40-139327/ 10-50-1186).

Тем не менее арбитражный суд не решает вопрос о привлечении лица к уголовной ответственности. Он разрешает процессуальный вопрос о допустимости и достоверности отдельного доказательства при указании на него как на сфальсифицированное, поскольку вынесение решения возможно при наличии допустимых и достоверных доказательств. В противном случае решение не будет отвечать действительным обстоятельствам дела и может повлечь нарушение прав субъектов арбитражного процесса.

Различны подходы в судебной практике и к вопросу отмены судебного акта на том основании, что судом не соблюдены правила ст. 161 АПК РФ.

Положительная практика. В одном из дел апелляционный суд указал на несоблюдение нижестоящим судом правил ст. 161 АПК РФ. Когда истец заявил о фальсификации доказательств, суд не предупредил его об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ, а ответчика — по ст. 303 УК РФ. Кроме того, суд не предложил ответчику исключить документы, о фальсификации которых было заявлено ответчиком, из числа доказательств по делу.

Арбитражный суд апелляционной инстанции рассмотрел дело повторно и установил, что выводы суда первой инстанции относительно достоверности документов, на основании которых ответчик перечислил обществу оспариваемую сумму, не соответствуют материалам дела. Суд отменил судебный акт нижестоящего суда. Суд кассационной инстанции согласился с выводами апелляции (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2011 по делу № А40-107247/ 10-78-192).

Отрицательная практика. В другом примере из судебной практики заявитель кассационной жалобы сам обратил внимание суда на нарушения. Он указал, что суд первой инстанции нарушил ст. 161 АПК РФ и не отразил в протоколах судебных заседаний результаты рассмотрения ходатайства ответчика о фальсификации доказательств — до предложения истцу исключить спорные документы не предупредил последнего об уголовной ответственности по ст. 303 УК РФ.

Однако суд кассационной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы и отмены судебного акта (постановление АС Дальневосточного округа от 09.12.2014 по делу № А51-5151/2014).

В комментариях к АПК РФ указано, что предупредить следует обе стороны процесса по обеим статьям Уголовного кодекса РФ1. К мнению о том, что предупреждать нужно обе стороны процесса, склоняются и авторы Анализа проблемных вопросов, возникающих при рассмотрении заявлений о фальсификации доказательств в Арбитражном суде г. Москвы2.

Представляется, что из-за отсутствия единообразной практики разъяснение уголовно-правовых последствий заявления о фальсификации, предусмотренное ст. 161 АПК РФ, должно производиться под подпись в отношении как заявителя о фальсификации — по ст. 306УК РФ (за заведомо ложный донос о совершении преступления), так и обвиняемой стороны — по ст. 303 УК РФ (за фальсификацию доказательств). Это нужно отражать в соответствующих протоколах и судебных актах как основание для возникновения ответственности сторон в случаях нарушения сторонами указанных статей УК РФ.

Вместе с тем остается открытым вопрос о том, является ли основанием для отмены судебного акта неразъяснение судом одной из сторон об уголовной ответственности за заведомо ложный донос либо за фальсификацию доказательств.

ДЛЯ ПРОВЕРКИ ПОДЛИННОСТИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА СУД МОЖЕТ НЕ НАЗНАЧАТЬ ЭКСПЕРТИЗУ, А ПОПРОСИТЬ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ

Суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе, назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Что касается условий удовлетворения ходатайства о назначении экспертизы для проверки доказательства на предмет его фальсификации, то в качестве примера можно привести следующее дело. Стороны заключили договор купли-продажи недвижимости. Участники общества-продавцаоспорили эту сделку в суде и заявили о фальсификации протоколов общих собраний. Из этих протоколов следовало, что общие собрания участников общества единогласно приняли решения об освобождении директора общества от его обязанностей и о назначении на эту должность нового лица, а также наделении нового директора полномочиями по заключению сделки от имени общества. Истцы указали, что в данных собраниях участия не принимали и протоколы не подписывали.

Для проверки обоснованности заявлений о фальсификации суд назначил почерковедческие экспертизы. Из заключений экспертов следовало, что подписи в перечисленных протоколах общих собраний участников выполнили другие лица с подражанием их подписному почерку.

Суд первой инстанции в соответствии с правилами ст. 71 АПК РФ оценил представленные в материалы дела доказательства, в том числе экспертные заключения, и пришел к выводу о том, что указанные решения общих собраний участников не имеют юридической силы. Следовательно, директор, который заключал спорный договор, директором общества не являлся и в силу положений ст. 53 ГК РФ не имел права действовать от имени общества. Поскольку воля собственника на распоряжение имуществом отсутствовала, сделка по отчуждению спорного имущества в собственность другого общества является ничтожной как не соответствующая требованиямст. 53 и ст. 209 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, изменив решение в части. ВАС РФ выводы апелляционного суда поддержал (постановление Президиума ВАС РФ от 22.12.2009 по делу № А19-20672/ 03-13-53).

В процессе рассмотрения другого дела в суде апелляционной инстанции общество заявило ходатайство о фальсификации договора цессии, просило исключить его из числа доказательств, представленных в материалы дела, и назначить экспертизы с постановкой вопроса о том, выполнен ли текст договора уступки дебиторской задолженности в сентябре 2002 года или позже.

Заявление общества о фальсификации данного доказательства сводилось к тому, что бывший директор истца от имени общества данный документ никогда не подписывал. Адвокат, ранее представлявший интересы истца, имел несколько пустых листов с подписью директора и печатью общества, что свидетельствует о факте подложности этого договора. Подтвердить или опровергнуть данное обстоятельство, по мнению ответчика, может только назначенная судом экспертиза. При этом истец настаивал на подлинности указанного договора, а рассмотрение ходатайства о проведении экспертизы оставил на усмотрение суда.

Кассационный суд указал, что фальсификация доказательств заключается в сознательном искажении их путем подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений.

Для правильного разрешения спора требуются специальные знания с учетом предмета заявленного ходатайства о фальсификации вышепоименованного доказательства, однако суд первой инстанции необоснованно отказался назначать экспертизу (постановление ФАС Дальневосточного округа от 13.01.2005 по делу № Ф03-А51/04–1/3756).

Вместе с тем не во всех случах, когда заявляется ходатайство о проведении экспертизы доказательства ввиду его фальсификации, есть необходимость в проведении такой экспертизы. Вполне возможно, что это доказательство не имеет столь серьезного значения для разрешения дела, и факты могут быть установлены с помощью иных доказательств. Поэтому в каждом конкретном случае суд должен определять необходимость проведения экспертизы.

Суд может также истребовать другие доказательства, предложить лицу, которое обвиняют в фальсификации доказательства, представить дополнительные доказательства, подтверждающие либо достоверность оспариваемого доказательства, либо наличие (отсутствие) фактов, в подтверждение (отрицание) которых представлено спорное доказательство.

Например, если ответчик полагает, что в договоре сфальсифицирована подпись лица, его подписавшего, то суд может вызвать лицо, подписавшее договор, для уточнения факта принадлежности подписи. Или предложить лицу, заявившему о фальсификации доказательства, представить другие доказательства, подтверждающие фальсификацию спорного доказательства (образцы подписи данного лица). Сопоставление доказательств позволит суду прийти к выводу о характере спорного доказательства.

ЕСЛИ ЗАЯВИТЬ О ФАЛЬСИФИКАЦИИ В ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМ ЗАСЕДАНИИ, ТО СУД ДОЛЖЕН ВЕСТИ ПРОТОКОЛ

Суд обязан удовлетворить заявленное требование, если лицо, представившее спорное доказательство, не возражает против его исключения из числа доказательств по делу. Такое согласие оформляется в письменном виде.

Представляется, что если речь идет о документе, являющемся основанием исковых требований либо возражений по иску, устное согласие обвиняемой стороны на исключение доказательства целесообразно отражать в протоколе судебного заседания с соответствующей подписью представителя лица, участвующего в деле.

Арбитражный суд исключает данный документ из числа доказательств по делу и больше не исследует его в процессе судебного разбирательства по делу.

Все результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства должны быть отражены в протоколе судебного заседания: об исключении оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу, о признании доказательства достоверным или сфальсифицированным.

Кроме того, судебной практикой подтверждается необходимость ведения протокола судебного заседания в предварительном судебном заседании в случае поступления заявления о фальсификации доказательств. Если судья не ведет протокол судебного заседания, представляется необходимым, разъясняя уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации, отбирать расписку у заявителя — по ст. 306 УК РФ (за заведомо ложный донос о совершении преступления), а у обвиняемой стороны — по ст. 303УК РФ (за фальсификацию доказательств). Расписки приобщать к материалам дела.

Помимо регламентации действий суда при подаче заявления о фальсификации доказательств законодательством также предусмотрены определенные требования, которым должно отвечать само заявление о фальсификации:

оно должно исходить от лиц, участвующих в деле. Круг лиц, участвующих в деле, установлен ст. 40 АПК РФ: стороны (истец, ответчик), заявители и заинтересованные лица по неисковым делам; третьи лица; прокурор; государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы власти. Учитывая правовое положение названных лиц и их представителей, следует сделать вывод о том, что заявление может быть подано и представителем лица, участвующего в деле;
должно быть представлено в суд в письменной форме; момент подачи заявления законом не определен, поэтому это возможно как при подготовке дела к судебному заседанию, так и в ходе его;
в заявлении должна идти речь только о представленном в суд доказательстве;
поскольку в деле могут участвовать несколько субъектов, в заявлении необходимо указать, какое лицо, участвующее в деле, представило сфальсифицированное доказательство. Допустимо указание и на то, что сфальсифицированное доказательство получено от представителя лица, участвующего в деле.
В любом случае в целях вынесения законного и обоснованного решения для арбитражного суда важно наличие достоверного доказательства, обладающего признаками относимости и допустимости. Если в процессе доказывания представлены сведения, не соответствующие действительности, такое доказательство не может быть принято судом в подтверждение доводов любой стороны по делу. При этом причины несоответствия сведений действительности, выявление чьих-то умышленных действий или простой оплошности — для арбитражного суда не имеют значения. По своей сути рассмотрение заявления о фальсификации доказательства в порядке ст. 161АПК РФ является проверкой заявления о недостоверности доказательств, представленных одним из участвующих в деле лиц.

Такой вывод авторы делают исходя из буквального прочтения ст. 161 АПК РФ. Может сложиться мнение, что на арбитражный суд возложена обязанность проведения проверки заявления о фальсификации доказательств, то есть заявления о совершении преступления, в рамках которой суд устанавливает как факт достоверности сведений, содержащихся в оспариваемом доказательстве, так и факт его сознательного искажения. Однако при таком толковании арбитражный суд принимал бы на себя несвойственные ему функции органов дознания и следствия, а в случае признания заявления о фальсификации доказательства обоснованным фактически объявлял бы лицо, представившее сфальсифицированное доказательство, виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1ст. 303 УК РФ3.

На наш взгляд, предложение заслуживает внимания.

Необходимо отметить, что нормами Гражданского процессуального кодекса РФ также предусмотрена подача заявления о подложности доказательств.

В случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства (ст. 186 ГПК РФ).

Однако из сравнительно-правового анализа законодательного регулирования в АПК и ГПК РФ вопросов, посвященных правовым последствиям заявления о фальсификации (подложности) доказательства, можно прийти к следующему выводу. Нормами ГПК РФ не предусмотрена обязанность суда при подаче заявления о подложности доказательств разъяснять уголовно-правовые последствия такого заявления, как это предусмотрено в АПК РФ.

1 Комментарий к АПК РФ (постатейный) / С. Ф. Афанасьев и др.; Отв. ред.Г. А. Жилин. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2009. С. 396 (автор комментария — М. Ш. Пацация).
2 Анализ проблемных вопросов, возникающих при рассмотрении заявлений о фальсификации доказательств // Вестник Арбитражного суда города Москвы. 2006. № 5.
3 См. об этом Анохин В. С. Вопросы фальсификации доказательств в арбитражном процессе // Российский судья. 2009. № 12. С. 7–14.
4 См.: Потеева А. В., Корюкаева Т. Г. Рассмотрение арбитражным судом заявления о фальсификации доказательств // Арбитражная практика. 2008. № 11. С. 45.

Источники:
http://pravoved.ru/question/1753754/
http://www.acm-debt.ru/presscentr/opponent_zayavil_o_falsifikacii_dokazatelstva_kak_dolzhen_deystvovat_sud/

Читайте также:
Adblock
detector