Что спрашивают на собеседовании в следственном комитете

О нюансах своей работы рассказывает следователь Евгения Еремеева.

Оперативка

Рабочий день следователя начинается с оперативки с итогами прошлого дня и планами на сегодня.


Затем — выезды на место происшествия, допросы, очные ставки, следственные эксперименты, назначение экспертиз. Из этого и складывается расследование уголовного дела. Основные его этапы в МВД и Следственном комитете (больше всего следователей работают в этих структурах) совпадают.

Осмотр места происшествия

На этом этапе собирают большинство доказательств.

— Следы крови преступника или потерпевшего, отпечатки пальцев, волосы, волокна одежды — нужно быть внимательным к каждой детали, — делится Евгения Еремеева. — Одна капля крови может кардинально изменить ход расследования и выдать настоящего преступника.

Например, одно из последних громких преступлений в Удмуртии — убийство детей в Балезинском районе. Найти виновника удалось благодаря изъятым с места следам ДНК: на белье девочки обнаружили сперму обвиняемого.

Допрос

— На допросе выясняю как можно больше деталей, — говорит Евгения. — Иногда люди начинают придумывать на ходу, противоречить собственным показаниям. Могу озвучить факты, которые станут неожиданностью. Наблюдаю за реакцией.

— Она водила за нос и нас, и своих клиентов, — рассказывает Дмитрий Копылов. — Например, продавала путевки по фальшивым документам якобы через посредников — турфирмы в других городах. Нам пришлось выезжать в Сочи, Пермь, Казань, чтобы проверить работу этих компаний.

Половина рабочего времени следователя уходит на оформление бумаг.

— Осмотр места происшествия, допрос, избрание меры пресечения — на каждый шаг составляем документ, — объясняет Евгения Еремеева.

Самая объемная бумажная работа — это составление обвинительного заключения. В нем надо изложить практически все уголовное дело, только в сжатом виде. Это не понаслышке знает второй наш герой — следователь Дмитрий Копылов.

— Одно из последних получилось на 900 листов, — рассказывает Дмитрий Копылов. — Пришлось ночевать на работе. Ведь мы ограничены в сроках. На расследование уголовного дела дается два месяца, поэтому приходится работать по вечерам и в выходные.

Передача дела в суд

— Знать виновного мы можем уже через день после совершения преступления, — говорят следователи. — Закон же требует соблюсти все процедуры, собрать как можно больше доказательств, оформить все бумаги. В итоге дело передаешь прокурору только через два месяца после совершения преступления.

Если прокурор согласен с обвинением, никаких вопросов не возникает, уголовное дело направляют в суд.

Примерная тематика вопросов,по которым должен быть подготовлен кандидат, обратившийся с заявлением о зачислении в кадровый резерв либо по вопросу трудоустройства на должности федеральной государственной службы

Вопросы уголовного права
1. Понятие преступления
2. Виды преступлений
3. Понятие состава преступления
4. Объективная сторона состава преступления
5. Субъективная сторона преступления
6. Субъект и объект преступления. Специальный субъект преступления
7. Понятие вины
8. Формы вины
9. Соучастие в преступлении
10. Вменяемость и невменяемость
11. Понятие преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ, квалифицирующие признаки данного вида преступлений
12. Должностные преступления
13. Понятие должностного лица
14. Преступления против половой неприкосновенности граждан
Вопросы уголовно-процессуального права
1. Участники уголовного судопроизводства
2. Проверка заявления, сообщения о совершении преступления
3. Вопросы возбуждения уголовного дела
4. Обстоятельства, подлежащие доказыванию, относимость и допустимость доказательств
5. Задержание подозреваемого
6. Меры пресечения
7. Исчисление процессуальных сроков
8. Вопросы продления процессуальных сроков
9. Обеспечение права подозреваемому, обвиняемому на защиту 10.Особенности расследования уголовного дела в отношении
несовершеннолетнего
11. Особенности проведения отдельных следственных действий:
-осмотр, освидетельствование, следственный эксперимент
-обыск, выемка, наложение ареста
-допрос, очная ставка, опознание, проверка показаний
12. Приостановление и возобновление предварительного следствия
13. Прекращение уголовного дела
14. Вопросы, разрешаемые следователем при выполнении ст.217 УПК РФ
15. Обвинительное заключение, его составные части, соответствие выводов обвинительного заключения материалам дела
16. Направление уголовного дела с обвинительным заключением прокурору

Стать милиционером я мечтала еще в детстве. Представляла себя в форме. Казалась себе в девичьих грезах редкой красавицей. Профессиональные качества и навыки меня мало волновали. Потом мечты остались в прошлом, я стала журналистом. И вот ведь судьба — именно меня отправили проверить, смогу ли я устроиться работать в органы внутренних дел.

Честно признаться, шла я на испытания с большими сомнениями, мол, специального образования у меня нет. Единственное, что роднит с милицейской профессией, так это навыки землю рыть в поисках нужных фактов. Однако дан приказ – надо выполнять.

Первым, с кем мне пришлось пообщаться, был начальник медсанчасти ГУВД по Иркутской области Игорь Романовский .

— У вас биография чистая? – сходу ошарашил он.

— Чистая, — не задумываясь особо, отрапортовала я.

— Вы уверены? Судимых близких и дальних родственников нет? Самоубийц в роду не было? Шизофреников? Сами не привлекались?

— Упаси Боже! — только и сказала я.

— Ну ладно. Все равно еще проверим ваши слова.

Дальше Игорь Леонидо вич рассказал мне, чтобы стать потенциальным кандидатом в милиционеры, нужно собрать огромное количество всевозможных справок: от психиатра и нарколога, из противотуберкулезного диспансера, из кожно-венерологического диспансера, три (!) справки от участкового терапевта. Нужно сдать общие анализы мочи и крови, кровь на ВИЧ, кардиограмму в покое и после приседаний, флюорографию. Только после предоставления всех этих бумаг кандидату выписывают направление на военно-врачебную комиссию и выдают акт медицинского освидетельствования.

Как правило, на сбор всех необходимых справок у кандидатов уходит месяц, а то и больше. Мне, к счастью, повезло: мы с Игорем Романовским условились, что справки все уже я собрала, к административной и уголовной ответственности не привлекалась (что, собственно, так и есть) и репутация всех моих родственников чиста. Мне предложили выбрать специальность, на которую я хочу пойти. И тут, скажу я вам, мне пришлось изрядно поломать голову. Среди вариантов – участковый, следователь, сотрудник спецназа, оперуполномоченный, сотрудник ГИБДД , инспектор по делам несовершеннолетних.

— Участковым быть не хочу, — размышляла я, — в спецназ вообще не возьмут, хотя хотелось бы. Оперативником… Гаишником…

В итоге, я решила, что самое подходящее и близкое к профессии журналиста – это следователь.

КАК ЗДОРОВЬЕ?

Во время военно-врачебной комиссии мне надо было пройти основных врачей: гинеколога, дерматолога, стоматолога, лора, офтальмолога, психиатра, невролога, терапевта, хирурга. Первым стал с детства ненавистный кабинет стоматолога.

— Неужели, чтобы стать милиционером, нужно иметь здоровые зубы? – негодовала я, сидя в кресле.

— А как же, — ответила завотделением Светлана Корель . – Нужно не только иметь здоровые зубы, но и правильный прикус. В первую очередь нас как раз и интересуют челюстно-лицевые аномалии. Если патология серьезная, то человек уже на этом этапе признается негодным к службе в органах. Рот открывайте!

— Э-э-э… Кариеса у меня точно нет, — инстинктивно воспротивилась я осмотру. – Может, не будете меня смотреть?

— Надо, — сказала доктор и принялась разглядывать мою нижнюю челюсть. Осмотр длился не больше пяти минут, после чего врач констатировала у меня неправильный прикус. Для меня это было открытие! Но к службе в ГУВД все-таки допустила.

Врач-офтальмолог, прежде чем проверить зрение, проверила паспорт – так по правилам положено. А потом уже попросила прочитать третий ряд снизу. Но не букв, а непонятных окружностей с прорезями.

— А почему у вас не буквы, а иероглифы странные? — интересуюсь. – Буквы ведь читать удобнее?

На медосмотре меньше всего я переживала за зрение: оно меня никогда не подводило.

Пришлось от букв отказаться и использовать такие вот окружности. За зрение я не переживала – с детства оно меня еще ни разу не подводило. Вот и в этот раз – 100%. А, стало быть, к службе в милиции я пригодна.

Врач-терапевт осмотрела меня быстро и, как рентген-аппарат, сходу назвала все мои болячки:

— Вам, милочка, не мешало бы щитовидку проверить и УЗИ почек сделать. А еще сердечко ваше мне что-то не нравится. Аритмия? Или недостаточность?

— И то, и другое, — грустно вздохнула я. – Что, теперь Вы меня негодной признаете?

— Ну, почему же? Дополнительные обследования пройдете, а там посмотрим, — резюмировала терапевт и отправила меня дальше.

С тревожным чувством выходила я из ее кабинета – лишний раз доктор мне напомнила, что нужно заботиться о своем здоровье. Впереди визит к психиатру…

— У вас в жизни не было случаев, когда хотелось… э-э-э-э, — начала задавать свои каверзные вопросы доктор.

— … Покончить жизнь самоубийством? – закончила я за нее . – Нет, не было. И, надеюсь, не возникнет никогда.

— О, да вы оптимист! – отметила врач. – Это хорошо! Очень помогает в работе следователя.

Получив на руки, заветное разрешение врачей на службу в рядах доблестной милиции, я отправилась на психологическое тестирование.

Здесь меня ждали три теста: интеллектуальный — на проверку внимательности и способность за ограниченное количество времени принимать быстрые, а главное, правильные решения. Цветовой тест Люшера – показывает эмоциональное состояние человека, а также уровень его работоспособности. И тест СММИЛ, состоящий из 377 вопросов, который раскрывает особенности личности кандидата.

С результатами тестов я отправилась на беседу к психологу. Галина Колосницына проговорила со мной больше часа. Сначала она задавала элементарные вопросы о семье, отношениях с близкими, с коллегами по работе.

— Почему Вы решили пойти работать следователем? – вдруг спросила она.

— А, работа интересная, — в общем-то честно призналась я. – Всегда было интересно фильмы детективные смотреть, книги читать… Образования, конечно, юридического, нет. Но этот пробел легко восполнить.

С первых минут разговор с психологом сложился очень доверительный, как с мамой. Мягкий, тихий, спокойный голос специалиста настраивал на откровенность. На вопросы Галины Николаевны я отвечала честно. И на вопросы теста, как оказалось, тоже. Одним словом, она оценила меня как подходящего на должность следователя кандидата.

— Скажите, а в каких случаях человека отправляют на проверку полиграфом? – поинтересовалась я напоследок.

— Если после разговора у психолога сложилось двоякое впечатление о кандидате, если по поведению было заметно, что человек нервничает, чего-то не договаривает, — объяснила Галина Колосницына. – Если он поведал о своих страхах, каких-то тайнах. Да, много причин, чтоб проверить кандидата на честность.

— Если уж быть до конца откровенными, мне нужна проверка детектором? – спросила я. — Нет! Вы предельно честны… Но если хотите, приходите завтра, специалист с Вами пообщается.

— А у вас есть показания для проверки на полиграфе? – поинтересовалась психолог Светлана Карпова .

— Нет, но очень хочется. Интересно, какие будут ощущения.

— Ну, хорошо. Тогда я задам вам ряд общих личностных вопросов, — сказала психолог. – Хотя, конечно, существует несколько тестов. Выбор варьируется в зависимости от установки врачей – на что проверить кандидата. На каждый вопрос дается 14 – 16 секунд, пока зафиксируется реакция человека.

Прежде чем начать работу, психолог надела на меня детектор, состоящий из трех датчиков – брюшного, грудного и на пальцы, он фиксирует потоотделение. Затем Светлана провела небольшой инструктаж по поведению во время тестирования. Оказывается, испытуемому нельзя двигаться вообще, можно лишь моргать и сглатывать слюну. С кандидатом врач работает наедине, человек при этом смотрит в пол или на стену, чтобы не возникало ненужных ассоциаций.

— А можно тестировать человека без его согласия? – интересуюсь я между делом. — Ни в коем случае! Это нарушение прав человека!

Перед началом теста психолог долго беседует с кандидатом, озвучивает ему вопросы, которые собирается задать. Кое-что уточняет во время беседы, оговариваются нюансы. Одним словом, создается обстановка, чтобы человек был максимально расслаблен. И только потом уже блок вопросов. Но три раза подряд! Мне сказали, что только так можно достичь объективного результата исследования.

— У вас когда-нибудь были проблемы с алкоголем? Вы хоть раз управляли автомобилем в состоянии алкогольного опьянения? Вы употребляете наркотики? У вас были приводы в милицию? Вы боитесь, что проверка выявит факты, которые вы хотели бы утаить? – этот блок вопросов подразумевает, что испытуемый должен говорить правду. Я, конечно же, говорю все, как есть. Или было. Но сама при этом сильно нервничаю. И не то, чтобы вру – просто двигаться нельзя, а так хочется махнуть рукой или покачать головой. Сижу, похожая на зомби, и отвечаю, уставившись в одну точку.

— Время тестирования зависит от реакции человека на вопросы, — поясняет специалист. – Если, например, на вопрос про наркотики организм отреагировал неадекватно, человеку задаются дополнительные вопросы. Они могут выявить еще какую-то скрытую информацию. И так далее. Вот и отнимает тестирование много времени. Мне пришлось общаться с полиграфом два часа. И знаете, что я поняла? Обмануть детектор невозможно – малейшая попытка слукавить моментально отражается на графике.

НА РАЗМИНКУ СТАНОВИСЬ!

Чтобы попасть в милицию, нужно еще пройти физподготовку на базе специализированного Центра профессиональной подготовки при ГУВД региона. Здесь мне предстояло сдать нормативы по легкой атлетике, установленные для будущих сотрудников. Программа минимум: челночный бег 10 раз по 10 метров, кросс – 1 километр, комплекс силовых упражнений – пресс и отжимание на время.

— Так может сменить профессию? – подумала я. И тут же отмела эту мысль. Ведь, по сути что такое журналист – тот же сыщик. Чего тут шило на мыло менять. Мне моя профессия нравится.

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

Заместитель начальника пресс-службы ГУВД по Иркутской области Герман СТРУГЛИН:

— При приеме в органы внутренних дел проверка всегда была поэтапной, сложной. Такой же она осталась и при введении новых правил. Единственное, что изменилось, это то, что теперь через детектор лжи придется пройти всем тем, кто претендует на начальствующие должности. А также тем, кто идет на повышение.

Будут ли ужесточены правила при переходы из милиционеров в полицейские, мы не знаем. Это прерогатива министерства, нам указаний пока не поступало.

Источники:
http://zabaykalye.sledcom.ru/folder/858193
http://www.irk.kp.ru/daily/24586.5/756251/

Читайте также:
Читайте также:  Что такое дополнительные следственные действия
Adblock
detector