Когда ликвидируют военную прокуратуру

В этом году Владимир Путин уже подписал документы об упразднении ФМС и ФСКН; ходят слухи о предстоящем разделе ФТС между ФСБ и налоговой службой

По словам информатора, сотрудникам военной прокуратуры официально сообщили, что с 1 января она прекращает существование в качестве отдельного ведомства. В ноябре военные прокуроры будут выведены за штат, и до начала следующего года они должны будут принять принципиальное решение о дальнейшей службе.

Судьба нынешнего руководителя структуры Сергея Фридинского пока не решена. Обозреватели отмечают, что он возглавляет службу с 2006 года, и также занимает пост заместителя генерального прокурора Юрия Чайки. Если он возглавит новое управление ГП, то с формальной точки зрения это будет существенным понижением по служебной лестнице.

Вопрос в деньгах

Официально информация о ликвидации очередного силового ведомства пока не подтверждена и не опровергнута. Однако в СМИ распространяется и альтернативная версия грядущих преобразований.

Если вторая версия соответствует действительности, то значит, со следующего года военные прокуроры сохранят статус военнослужащих, но будут возмещать Министерству обороны расходы на финансирование своей деятельности и материально-техническое обеспечение. В более широком смысле это означает, что военное ведомство сможет пустить сэкономленные средства на более естественные для него нужды, или же государство сможет несколько сократить расходы на Вооруженные силы, не урезая трат на закупку вооружений, содержание личного состава и другие чисто военные статьи.

По следам ФМС, ФТС и ФСКН

Впрочем, и в потенциальном решении федеральных властей ликвидировать военную прокуратуру как ведомство нет ничего необычного. Оно вполне вписывается в тренд последнего года, отмечают комментаторы.

Так, в апреле президент России Владимир Путин подписал документ о ликвидации Федеральной миграционной службы и Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков. Оба министерства были переподчинены полиции и прекратили существование в качестве самостоятельных ведомств.

Вне зависимости от того, как сложится дальнейшая судьба ФТС и военной прокуратуры, очевидно, что государство пошло по пути сокращения числа самостоятельных ведомств, отмечают комментаторы.

На нашем сайте действуют правила поведения, которые мы настоятельно просим соблюдать. В комментариях запрещены:

  • ненормативная лексика
  • призывы к насилию, оскорбления на национальной почве
  • оскорбления авторов материалов, других пользователей сайта
  • реклама, ссылки на иные ресурсы, телефоны и другие контакты

Редакция не занимается проверкой контактов, расценивая их как априори вредные для других пользователей. Сообщения с перечисленными нарушениями удаляются модератором. Также мы уведомляем, что редакция не несет ответственности за содержание комментариев, даже если позиция пользователей не совпадает с мнением редакции

Вчера стало известно о предстоящем изменении структуры органов военного надзора и формы их финансирования. После того как с 1 января 2017 года Главная военная прокуратура (ГВП) перестанет получать деньги из бюджетов Минобороны, ФСБ и МВД и полноценно войдет в состав Генпрокуратуры, ее статус может понизиться до главного управления. А это, в свою очередь, приведет к сокращению штатов военных надзорщиков, а также изменениям в их руководстве.

Читайте также:  Кто отец изнасилованной дознавателя

Вчера в Генпрокуратуре сообщили, что в рамках реформирования ГВП изменится порядок ее финансирования, в соответствии с которым она «станет на довольствие» гражданского надзорного ведомства, войдя в его состав.

Как пояснил «Ъ» источник в ГВП, с 1 января 2017 года начнет действовать принятый еще два года назад федеральный закон N145, в котором говорится о том, что ведомство, ранее финансировавшееся из Минобороны, ФСБ и МВД (речь идет о внутренних войсках, ставших Росгвардией), за которыми оно и надзирает, начнет получать средства из бюджета Генпрокуратуры. В нее из поднадзорных структур будут переданы соответствующие финансовые ресурсы. При этом в бюджете Генпрокуратуры обеспечение военного надзора будет прописано специальным положением.

Сотрудники ГВП продолжат военную службу на замещаемых ими должностях без переаттестации и переназначения. Однако руководителей ГВП теперь будут назначать указами президента по представлениям не главного военного прокурора, а генерального.

Такая же процедура 145-м законом предусмотрена для органов главного военного следственного управления (ГВСУ) СКР, которые с 2017 года переходят исключительно на комитетское финансирование.

Однако если структура ГВСУ СКР останется прежней, то ГВП может претерпеть серьезные изменения. Как сообщил другой источник «Ъ», после передачи финансового обеспечения военного надзора в Генпрокуратуру ГВП со временем может быть преобразована в спецуправление в составе гражданского надзорного ведомства. Отметим, что до создания ГВП ее функции выполняло главное управление по надзору за исполнением законов в вооруженных силах РФ. Руководитель главка Валентин Паничев одновременно являлся заместителем генпрокурора. Однако, не исключает источник «Ъ», Сергей Фридинский, являющийся сейчас главным военным прокурором и заместителем Юрия Чайки, по результатам преобразований может покинуть ведомство.

В самой ГВП «Ъ» заявили, что нет никаких предпосылок для масштабных преобразований в структуре ведомства, которое, в соответствии с законом о прокуратуре, и так является структурным подразделением Генпрокуратуры.

Впрочем, в главном прокурорском законе сообщается, что образование, реорганизация и ликвидация органов военной прокуратуры, определение их статуса, компетенции, структуры и штатов осуществляются генпрокурором РФ, приказы которого по этим вопросам реализуются в соответствии с директивами Генштаба вооруженных сил России, а также командования других войск, воинских формирований и органов. Таким образом, будущее ГВП определят генпрокурор Юрий Чайка и находящиеся под военным надзором ведомства.

Команда президента Владимира Зеленского продолжает активное декларирование серьезных реформ в ведомствах страны. Так, после ликвидации Министерства информационной политики , о которой писали «Вести», «под нож» решено пустить Военную прокуратуру . Первым об этом заявил заместитель главы Офиса президента Руслан Рябошапка. По его словам главный военный прокурор Анатолий Матиос настаивает на создании в стране военной вертикали – не только военной прокуратуры, но и военных судов, военной юстиции, но Рябошапка выступил против этого. «Не думаю, что в этом есть необходимость. Думаю, что военная прокуратура будет одной из систем, которая будет подлежать изменениям. Моя позиция в том, что я не вижу необходимости в существовании военной прокуратуры» , – сказал он.

Читайте также:  Берут ли срочников в военную прокуратуру

В Военной прокуратуре сразу же написали возмущенный ответ . Мол, такие высказывания, да еще во время конфликта на Донбассе, неприемлемы.

«Считаем неприемлемыми заявления о ненужности военной прокуратуры, обусловленные поверхностным представлением о ее деятельности. Надеемся, что очередные реформы будут конструктивными и обдуманными, лишенными чьих-либо заказов, упакованных в реформаторскую обертку с бантиком. Война еще не всех вылечила» , – сказано в заявлении.

Большинство эксперты, опрошенных «Вестями» считают, что военную прокуратуру действительно необходимо реформировать. По мнению политолога Вадима Карасева, в команде президента не хотят видеть неконтролируемого военного прокурора, каким является Анатолий Матиос.

«Такие заявления делаются для того, чтобы сосредоточить управление обвинениями в одних руках. Потому что сейчас непонятно, кто главный, если говорить о зоне ООС: Матиос или Луценко (Генпрокурор – «Вести»). Матиос, между прочим, очень сильно поднялся на этой военной прокуратуре. Поэтому не хотят неконтролируемого военного прокурора. Должен быть один – Генеральный. То есть, главный прокурор. А когда есть еще военный прокурор – то уже главного нет. Какой-то дуализм прокуратуры или прокуроров. Тем более, что если бы был военный суд как в советское время, то понятно, что военная прокуратура. Военные суды – там идет отдельный уголовный, криминальный и судебный процесс. А так есть военный прокурор, военного суда нет. Но площадка для каких-то политических пиарных акций есть. И, кстати говоря, не нужно мучиться от того, что делает Матиос, учитывая его своенравный характер. Поэтому все ликвидируется, остается Генпрокурор Рябошапка, который на прямую мягко контактирует с президентом. Сколько их можно реформировать? Ну уберите военную прокуратуру, присоедините ее к Генеральной, военного прокурора. Ничего страшного нет. Это механическая реформа будет. Она ничего не дает нового прокуратуре как институту» , – уверен Карасев.

С ним согласен и его коллега Константин Бондаренко . По мнению политолога, в стране есть слишком много структур с дублирующими функциями.

«В Офисе президента хотят максимально централизованно подойти к прокурорской службе, институту прокуратуры, и, соответственно, хотят в этом отношении ликвидировать наличие нескольких ведомств, которые занимаются прокурорской работой. Все максимально централизовать. Это главное. Если это называть реформированием – то вполне возможно. То, что у нас действительно слишком много структур, которые дублируют свои функции – это однозначно. В принципе, посокращать, оптимизировать работу разного рода дублирующих органов не мешало бы. У нас с коррупцией борются и Антикоррупционное бюро, и НАПК, и прочие. У нас штук 7 структур, которые борются с коррупцией. Плюс при СБУ существует департамент «К», который борется с коррупцией. При налоговой и т.д. А коррупции не становится меньше. Возможно стоит это как-то оптимизировать. Фактически реформировать работу МВД. Вывести следствие в отдельную структуру и передать именно на ее баланс самые резонансные преступления. Возможно, что нам стоит пересмотреть вопросы относительно целесообразности такого количества министерств. Прокуратура не исключение» , – добавил он.

Читайте также:  Может ли прокуратура повлиять на судебных приставов

А политолог Андрей Золотарев уверен, что ликвидировать «спецназ Генпрокуратуры», которым является Военная прокуратура – это поспешное решение, учитывая, что на данным момент нет общей концепции видения того, какими должны быть органы ГПУ в целом.

«Очевидно, господину Рябошапке не терпится приступить к исполнению своих обязанностей (его прочат на должность генпрокурора – «Вести»). Однако, спешка уместна лишь при охоте на блох. В данном вопросе возможно не стоит спешить с выводами, тем более если посмотреть эффективность работы системы прокуратуры, то военная прокуратура по крайней мере отличается в лучшую сторону. Если отминусовать даже скандальные моменты, то там хотя бы есть что-то живое. Работоспособность и эффективность военных прокуроров на порядок выше. Это своего рода спецназ Генпрокуратуры. Можно по разному относится к Матиосу, но что у него работают больше и лучше – с этим сложно не согласиться. Другое дело, нужна ли она. Если мы говорим, что страна воюющая – то как минимум, на этот период она и нужна. Другое дело то, что мы не услышали от Рябошапки. Все-таки какой они видят Генпрокуратуру.

Поскольку, наш политический Генпрокурор Луценко говорил о прокуратуре как о адвокате государства, но нивелировал его роль как правоохранительного института. Тем более, что в прокуратуре всегда было достаточно мощное следствие на фоне МВД или того же СБУ. Следствие в прокуратуре отличалось в лучшую сторону. Сегодня похоже это утеряно. И с чем остается прокуратура? Какая концепция, какой он видит Генеральную прокуратуру? А просто заявить, что всех прокуроров геть и вообще лучше люди, которые без опыта работы в системе, знаете, сложно толкового юриста найти даже на 20 тысяч заработной платы. На такие деньги ни один толковый адвокат не пойдет работать. А кто будет учить, собственно, новичков? Поэтому тут пока вопросов больше чем ответов.

К сожалению, скромность подхода ради красного словца не пожалеет и отца, увы, мы это видим и в действиях новой команды президента Зеленского. Возможно дальше Рябошапка конкретизирует, но пока больше вопросов, чем ответов. Понятно, что это вызвало негативную и болезненную реакцию военной прокуратуры. Стоит ли, еще не заняв пост, давать такие оценки – это вопрос другой. Мне кажется, что этого делать не надо.

Я думаю, что это как раз будет реформирование системы прокуратуры в том видении, в котором оно отвечает позициям команды Зеленского. Оно несколько отличается от того, что мы видели в деятельности прокуратуры времен Луценко, Матиоса и других» , – подчеркнул Золотарев.

Источники:
http://www.kommersant.ru/doc/3083320

Читайте также:
Adblock
detector