Кто может быть государственным обвинителем

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Балакшин Виктор Степанович

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Балакшин Виктор Степанович,

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА И УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

Государственный обвинитель в российском уголовном процессе — кто он?

Балакшин Виктор Степанович, Уральский государственный юридический университет, доктор юридических наук, профессор

Ключевые слова: прокурор; сторона обвинения; государственный обвинитель; государственное обвинение; отказ от обвинения; законность и обоснованность приговора; независимость суда.

The state Prosecutor in the Russian criminal process — who is he?

Balakshin Victor Stepanovich, Ural State Law University, Doctor of Law, Professor

Key words: рrosecutor; prosecution; public Prosecutor; state charges; refusal charges; the legality and validity of the verdict; the independence of the court.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации1, принятый в 2001 г. и действующий в настоящее время, как известно, вызвал неоднозначную реакцию со стороны ученых и практических работников, да и общества в целом. Можно утверждать, что и в данный период критических замечаний выска-

1 Далее — УПК РФ.

зывается значительно больше, нежели одобрения. К настоящему времени мнение о том, что УПК РФ в редакции 2001 г. — это лучшее проявление демократии, прогресса и законодательной техники, все больше сменяется на противоположное. Время показало, что сомнения ряда ученых в совершенстве и своевременности этого важного во всех отношениях закона име-

Примером того, что возобладали здравый смысл и сложившаяся ранее практика, могут служить изменения, внесенные в ст. 144 УПК РФ. Следует положительно отнестись к работе законодателя, который, наконец, прислушался к авторам, предлагавшим установить четкий перечень следственных и иных процессуальных действий, которые могут осуществляться при проверке заявлений и сообщений о совершенных или готовящихся преступлениях. Согласно ч. 1 ст. 144 УПК РФ в редакции Федерального закона от 4 марта 2013 г. № 23-Ф3 при проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исследования, истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном УПК РФ, назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок, производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действиях специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-разыскных мероприятий.

ностное лицо органа прокуратуры, поддерживающее обвинение в суде, как самостоятельный участник уголовного судопроизводства с четко расписанными в законе правами и обязанностями. По действующему же УПК РФ, по существу, допускается откровенная игра статусным положением прокурора: до зала судебного заседания работник прокуратуры — прокурор, зашел в зал — он государственный обвинитель, приравненный в своих правах и обязанностях в лучшем случае к потерпевшему. В отличие от прокурора, государственный обвинитель лишен каких-либо надзорных полномочий. В то же время он — публичный представитель государства, действует от его имени и обязан обеспечивать защиту прав и интересов участников уголовного судопроизводства, независимо от их статуса. Более того, он в судебном разбирательстве наделен таким полномочием, которым не обладает ни один прокурор на досудебных стадиях уголовного судопроизводства — отказаться от обвинения и тем самым прекратить уголовное преследование. При этом ни возражения потерпевшего, ни возможное противоположное мнение суда, сложившееся на основе совокупной оценки исследованных в ходе судебного следствия доказательств, не могут повлиять на последствия отказа. В силу ч. 7 ст. 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части. По мнению большинства ученых, данные положения закона не только ущемляют право потерпевшего на доступ к правосудию, но и посягают на конституционный статус суда, согласно которому судьи независимы и подчиняются только Конституции РФ и федеральному закону (ст. 120). В рассматриваемом случае суд вынужден подчиняться занятой в уголовном процессе позиции государственного обвинителя, если даже она противоречит внутреннему убеждению суда, сформировавшемуся на основе закона и совести. В итоге суд должен вопреки своему внутреннему убеждению выносить неправосудное решение, зачастую нарушающее права и интересы не только потерпевших, гражданских истцов, но и других подсудимых по данному уголовному делу.

Читайте также:  Меня обвиняют в оскорблении что делать

С другой стороны, мнение прокурора, участвующего в рассмотрении ходатайства следователя об избрании в отношении обвиняемого, подозреваемого меры пресечения (например, содержания под стражей), не обязательно для суда. Между тем это тоже судебное разбирательство. Суд в судебном заседании с участием прокурора, других лиц проверяет обоснованность ходатайства и принимает решение о применении меры пресечения либо иной меры или об отказе в ее применении. При этом заслушивает мнение прокурора, следователя, лица, в отношении которого мера пресечения избирается, защитника, если они участвуют в заседании (ч. 7-8 ст. 108 УПК РФ). Иначе говоря, проводится, по сути, полноценное судебное заседание. Однако в рассматриваемой

В результате исследования обозначенной ситуации, вытекающей из требований уголовно-процессуального закона, напрашивается вопрос и вывод: а почему бы законодателю здесь при принятии УПК РФ не поступить с точностью до наоборот? То есть сделать обязательным для суда принимать решение, согласуясь с позицией прокурора при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, и принимать решение, руководствуясь только своим внутренним убеждением, при рассмотрении уголовного дела по существу. Ибо при избрании меры пресечения не решается главный вопрос: виновен человек в инкриминируемом ему деянии или не виновен? А вот при вынесении приговора этот основной и главнейший вопрос должен быть разрешен. Не случайно многие авторитетные ученые полагают, что вовлечение судей в решение наиболее важных вопросов предварительного расследования, особенно избрания меры пресечения, противоречит сути правосудия. Если же они вовлекаются в решение подобных вопросов, то не должны рассматривать такое уголовное дело по существу2. Согласно действующему УПК РФ, как известно, указанное обстоятельство не рассматривается как противопоказание для рассмотрения этим судьей дела по существу. Изучая данную проблему, А. М. Ларин и В. М. Савицкий еще до принятия УПК РФ в 2001 г. справедливо отмечали, что вовлечение судей в принятие решения об избрании меры пресечения на стадии предварительного расследования может способствовать проявлению опасной для правосудия тенденции — обвинительному уклону3. Придерживаясь позиции указанных авторов, В. М. Быков считает необходимым вернуться к вопросу о расширении прав прокурора, но на досудебных стадиях, а не в судебном заседании, отказываясь от обвинения4.

Читайте также:  В чем обвиняют юревича

Таким образом, проблема правового статуса прокурора — государственного обвинителя в судебном разбирательстве имеет принципиальное значение.

1 Щерба С., Попова А. Дискреционные полномочия прокурора при применении меры пресечения в виде заключения под стражу // Законность. 2016. № 1. С. 23.

2 См., например: Петрухин И. Л. Прокурорский надзор и судебный контроль за следствием // Российская юстиция. 1998. № 9. С. 13.

3 См.: Ларин А. М., Савицкий В. М. Каким быть следственному аппарату // Государство и право. 1991. № 1. С. 37.

4 См.: Быков В. М. Сторона обвинения в уголовном процессе: монография. М., 2017. С. 44-45.

Однако дело не только в слабой подготовке государственных обвинителей, некотором настрое представителей судейского корпуса дистанцироваться при рассмотрении уголовных дел от активного участия в исследовании доказательств. Дело, прежде всего, в методологических просчетах, допущенных разработчиками проекта УПК РФ, ставшего затем законом, и сохраняющихся до настоящего времени. Причем просчетах очевидных и даже в отдельных случаях желаемых, поскольку они устраивали западных консультантов и экспертов. Одним из существенных, на наш взгляд, является попытка авторов проекта УПК РФ решить все проблемы путем возведения в ореол божественности принципа состязательности судопроизводства, устранив при этом принцип достижения при расследовании и рассмотрении дела в суде объективной истины как цели уголовно-процессуального доказывания. Оторвав от других важнейших постулатов судопроизводства на космическую высоту названный принцип, они, как представляется, получили пронизанный противоречиями, как тело сосудами, закон. Говоря о крайне негативном отношении российских граждан к действующему УПК РФ, В. А. Азаров не без оснований пишет следующее: «Представляется, что к таким неутешительным результатам привела неудачная попытка «развернуть» отечественное уголовное судопроизводство в направлении англо-саксонской модели, с ее специфическим пониманием состязательности как всеобъемлющего начала производства по уголовному делу. Россия всегда была привержена, как в законодательстве, так и в практике уголовного производства,

1 Сазин Д. С. Ошибки, допускаемые государственным обвинителем в процессе доказывания // Доказывание и принятие решений в современном уголовном судопроизводстве: материалы Международной научно-практической конференции, посвященной памяти д-ра юрид. наук, профессора П. А. Лупинской: сборник научных трудов. М., 2011. С. 444.

2 Азаров В. А. О цели доказывания в современном уголовном судопроизводстве // Проблемы уголовно-процессуальной науки XXI века: сборник статей Международной научно-практической конференции, посвященной 75-летию д-ра юрид. наук, профессора З. З. Зинатуллина. Ижевск,

3 См.: Азаров В. А., Терехин А. А. Акты прокурорского реагирования в российском уголовном судопроизводстве. М.,

чия и процессуальный момент, с которого прокурор приобретает данный статус.

Читайте также:  В чем обвиняют серебренникова

1. Азаров В. А. О цели доказывания в современном уголовном судопроизводстве / В. А. Азаров // Проблемы уголовно-процессуальной науки XXI века: сборник статей Международной научно-практической конференции, посвященной 75-летию д-ра юрид. наук, проф. З. З. Зинатуллина. — Ижевск, 2013. — С. 24.

2. Азаров В. А. Акты прокурорского реагирования в российском уголовном судопроизводстве / В. А. Азаров, А. А. Терехин. — Москва: Юрлитинформ, 2014. -С. 129.

3. Быков В. М. Сторона обвинения в уголовном процессе: монография / В. М. Быков. — Москва: Юрайт, 2017. — С. 44-45.

4. Ларин А. М. Каким быть следственному аппарату / А. М. Ларин, В. М. Савицкий // Государство и право. — 1991. — № 1. — С. 37.

5. Петрухин И. Л. Прокурорский надзор и судебный контроль за следствием / И. Л. Петрухин // Российская юстиция. — 1998. — № 9. — С. 13.

6. Сазин Д. С. Ошибки, допускаемые государственным обвинителем в процессе доказывания / Д. С. Сазин // Доказывание и принятие решений в современном уголовном судопроизводстве: материалы Международной научно-практической конференции, посвященной памяти д-ра юрид. наук, профессора П. А. Лупинской: сборник научных трудов. — Москва: Элит, 2011. — С. 444.

7. Щерба С. Дискреционные полномочия прокурора при применении меры пресечения в виде заключения под стражу / С. Щерба, А. Попова // Законность. — 2016. — № 1. — С. 23.

1. Azarov V. A. O czeli dokazy’vaniya v sovremennom ugolovnom sudoproizvodstve / V. A. Azarov // Problemy’ ugolovno-proczessual’noj nauki XXI veka: sbornik statej Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferenczii, posvyashhennoj 75-letiyu d-ra yurid. nauk, prof. Z. Z. Zinatullina. — Izhevsk, 2013. — S. 24.

2. Azarov V. A. Akty’ prokurorskogo reagirovaniya v rossijskom ugolovnom sudoproizvodstve / V. A. Azarov, A. A. Terekhin. — Moskva: Yurlitinform, 2014. — S. 129.

3. By’kov V. M. Storona obvineniya v ugolovnom proczesse: monografiya / V. M. By’kov. — Moskva: Yurajt, 2017. — S. 44-45.

4. Larin A. M. Kakim by’t’ sledstvennomu apparatu / A. M. Larin, V. M. Saviczkij // Gosudarstvo i pravo. — 1991. -№ 1. — S. 37.

5. Petrukhin I. L. Prokurorskij nadzor i sudebny’j kontrol’ za sledstviem / I. L. Petrukhin // Rossijskaya yusticziya. — 1998. — № 9. — S. 13.

6. Sazin D. S. Oshibki, dopuskaemy’e gosudarstvenny’m obvinitelem v proczesse dokazy’vaniya / D. S. Sazin // Dokazy’vanie i prinyatie reshenij v sovremennom ugolovnom sudoproizvodstve:

materialy’ Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferenczii, posvyashhennoj pamyati d-ra yurid. nauk, professora P. A. Lupinskoj: sbornik nauchny’kh trudov. -Moskva: E’lit, 2011. — S. 444.

7. Shherba S. Diskreczionny’e polnomochiya prokurora pri primenenii mery’ presecheniya v vide zaklyucheniya pod strazhu / S. Shherba, A. Popova // Zakonnost’. — 2016. — № 1. — S. 23.

Источники:

Читайте также:
Adblock
detector